– Знаю, черт побери, но это покои тайпана, и именно их она займет!
Варгаш исчез. Не в силах удержаться, Джейми поспешил к окну. Катер подходил к берегу. Снаружи лишь штаговые огни, нырявшие вверх-вниз на невысокой волне. Он навел бинокль. Смутные тени в каюте, но одна несомненно женская. Ясно был виден капор, и невозможно было спутать ее высокую прямую фигуру и то, как уверенно она сохраняла равновесие на танцующей под ногами палубе.
– Чччерт! – вырвалось у него вместе с выдохом.
Чтобы изображение не дрожало, он прислонился к окну. Ненамного лучше. В одной из фигур он узнал капитана Стронгбоу, больше по росту и объему, чем по чему-то еще. Еще двое мужчин, нет, трое – один из них Макструан.
Катер быстро приближался. Повреждения на носу после шторма были все еще хорошо заметны: ремонт не успели довести до конца. Любопытные прохожие ждали на причале под раскачивавшимся фонарем, все были закутаны от зимней простуды, ее очень боялись, и потому шляпы и головные шарфы стали теперь обязательными. Лица разглядеть было трудно, но ему показалось, что он узнал Андре, и… ах да, Вервена, Небесного Нашего, и… да, и Неттлсмита. «Стервятники слетаются, – подумал он, – хотя, как и я, главные наблюдают из своих окон».
Сегодня темнота действовала на него угнетающе. Камин в его комнате горел ярко, но теперь ему казалось, что он совсем перестал греть. Горло сдавило и болело в груди. «Возьми себя в руки, – подумал он. – Она больше не твоя проблема».
Капитан Стронгбоу первым выбрался на причал в своей толстой морской шинели. Видно было по-прежнему плохо, но Джейми узнал его. Следом за ним… да, Макструан. Оба мужчины повернулись и помогли ей сойти с катера. Она была закутана от холода – прямая спина, темная одежда, темный же капор, подвязанный неизменным шарфом. Ее размер. Черт!
Два последних пассажира выбрались на пирс. Он узнал их. Секундное колебание, потом он вышел в коридор и прошел к кабинету тайпана. Анжелика вглядывалась в темноту через чуть приоткрытые шторы; огонь в камине мягко светился, лампы были зажжены, комната выглядела уютной.
– А, Джейми. Я никак не могу разглядеть их. Она там?
– Боюсь, что да. – Он не заметил никакой перемены в выражении ее лица. – Вот. – Он протянул ей бинокль. – Я подумал, что вы, может быть, захотите взглянуть.
– Мне незачем смотреть или бояться, Джейми. Кто еще? – Никогда ее голос не звучал так тихо. – Кто с ней?
– Стронгбоу, Хоуг и Горнт.
Она повернулась к окну, чтобы что-то скрыть, но за эту долю секунды он успел заметить, как радость залила ее лицо. «Ничего страшного, что Джейми увидел, – думала она, чувствуя, как от волнения кружится голова. – Эта женщина и Горнт вместе? Они вместе, и Хоуг с ними! Разве это не предвещает успеха, успеха Эдварда, что ему удалось убедить ее?»
– Я буду наверху, мне нужно одеться к ужину. Если кто-нибудь захочет меня видеть, я спущусь снова. Спасибо, дорогой Джейми. – Она порывисто обняла его. И вышла.
Он удивленно смотрел ей вслед. Почему радость? Если Тесс с Хоугом, значит подошла тяжелая артиллерия. Разве не так?
Озадаченный, он вернулся в свой кабинет, оставив дверь приоткрытой, и продолжил укладывать бумаги и книги. Его руки делали дело, а мысли были заняты другим: Тесс, будущим, сёей, сегодняшним свиданием с Нэми, Благородным Домом, которому он отдал двадцать лет, – «будь честен, ведь на самом деле тебе не хочется уходить, и ты знаешь, что сейчас неподходящее время открывать свое дело», – мрачным будущим Анжелики, завтрашней встречей со швейцарским посланником и возможным импортом продукции их оружейных заводов, все это мешалось с известием о невероятных переговорах с Ёси; Бебкотт и Тайрер сейчас в Эдо, серебро, выданное бакуфу в качестве аванса, уже пересчитано, там действительно сто тысяч – и о Накаме, вот ведь бедняга.
«Бедняга? Да он же убийца, из самых худших. Я, правда, не почувствовал этого, ни разу не заметил в нем угрозы. Он должен быть в Пьяном Городе или где-нибудь в Ёсиваре. Если уж мы об этом узнали, кто-то, должно быть, шепнул и ему, и он скрылся. Черт подери! Теперь мне придется брать в долю Тайрера или Иоганна…»
В его раздумья вторглись голоса из фойе. Целый хор голосов: Макструан, Варгаш, Хоуг, хлопочущие и снующие туда-сюда слуги.
«Можно и не выходить к ним. Меня и так вызовут, и очень скоро». Понуро опустив голову, он вернулся к своей работе, теперь уже почти законченной.
– Джейми!
Он обернулся. И застыл, парализованный. Морин. Его Морин стояла на пороге! Морин Росс. Темно-синий зимний капор, голубые глаза, выглядывающие из-за складок толстого шерстяного головного шарфа. Темно-синее пальто поверх темного платья того же оттенка. Морин Росс, двадцать восемь лет. Высокая, чуть-чуть выше Тесс, – средний женский рост теперь немногим превышал пять футов, королева Виктория была четыре фута одиннадцать дюймов.
– Господь Милосердный! – сдавленно выговорил он, теряя рассудок.
