Кофе был восхитителен. Он успокоил ее желудок и состояние духа и прогнал легкое ощущение опухлости. Одной из самых больших истинных радостей для Анжелики в этом мире был утренний кофе, особенно с воздушными булочками и в компании с Колеттой на Елисейских Полях, в одном из уличных кафе, читая последний «Придворный циркуляр» и наблюдая, как весь свет неспешно прогуливается мимо.
Сначала церковь. Я притворюсь, что пока еще ничего не произошло – А Со не проболтается, она не посмеет. Кому рассказать первому? Хоугу? Андре? Эдварду? Мистеру Скаю?
Она уже беседовала с Небесным Нашим Скаем. Его совет сводился к тому, что у них не было иного выбора, кроме как ждать: смотреть, что будет делать Хоуг, и после этого, что предпримет Тесс. Письмо, полученное им от Тесс было коротким: «Дорогой мистер Скай, я знаю, что мой сын прибегал к вашим услугам. Отступитесь и воздержитесь впредь от участия в наших делах, моего сына и моих. Ничего хорошего из этого не выйдет».
– Интересный выбор слов, – прокомментировал он.
– У вас такой испуганный тон, словно мы уже проиграли.
– Вовсе нет, Анжелика. Нашей единственной позицией сейчас может быть ожидание. Инициатива в ее руках.
– Со следующей почтой я хочу написать стряпчим компании Струана и запросить отчет и опись наследства, оставленного моим мужем. – Эту идею подсказал ей Андре, который был сторонником немедленного открытия наступательных действий.
– Могу только приветствовать, если вы хотите угодить в ее ловушку.
– Что?
– Единственный образ, которого вы должны придерживаться, это убитая горем, незаслуженно притесняемая вдова, совсем еще дитя, которую склонил к раннему браку мужчина с сильной волей, а не обедневшая алчная вдова богатого мужа, распутного юноши, не достигшего еще совершеннолетия, который пошел против желания своей матери и взял в жены юную леди без средств из семьи, имеющей сомнительную репутацию, – пожалуйста, не сердитесь, я говорю лишь то, что может быть и, вероятно, будет сказано. Вы должны выжидать, дорогая леди, делая вид, будто надеетесь, что Тесс отнесется к вам по-человечески. Если бы его ребенок был… э… если вы ждете его ребенка, это было бы большим подспорьем.
– А если нет?
– Давайте поговорим об этом, когда это произойдет, я хочу сказать, когда не произойдет. Времени на раздумье доста…
– Времени у меня не так много. У меня кончатся деньги.
– Наберитесь терпения…
Теперь, когда у Анжелики не было ни малейших сомнений, что она не носит ребенка Малкольма, она отложила в сторону все планы, которые выстраивала на случай, если дитя родится, и сосредоточилась на втором варианте.
Немедленное и широкое наступление на эту женщину? Нет, это будет позже, здесь мистер Скай прав. Сначала мне необходимо выяснить, что она намерена делать. Для этого я должна рассказать все Хоугу или Бэбкотту. Хоуг привез мне ее послание, посему это должен быть он. Совсем необязательно позволять им лапать меня, что тому, что другому. Я и так могу все им сказать. Сделать это сейчас или позже? Стоит ли сначала советоваться с Андре или с Эдвардом? Не думаю.
Без ребенка, за которым нужно ухаживать, за чьи интересы нужно бороться, жизнь моя становится проще, шансы на повторный брак – выше. Что бы ни случилось, я, как и всякая другая девушка, должна иметь защитника, подходящего мужа, или, со временем, хоть какого-нибудь мужа.
Что же до моих перспектив: у меня нет достаточно денег, чтобы вернуться в Париж и обосноваться там. У меня вообще нет никаких перспектив, кроме как договориться с компанией Струана – нет, не с компанией, с этой женщиной. Даже виды на Эдварда зависят от этого. Особенно на Эдварда. Без удачного исхода для меня и без ее благожелательного отношения к предложенной им сделке его матримониальные интересы растают как дым. Это справедливо, потому что мои растают еще быстрее. Он влюблен в меня, я в него – нет, хотя он мне очень нравится, но без взаимной материальной обеспеченности этот союз лишен всякой логики.
Какая бы мысль ни возникала у меня, я всегда возвращаюсь к этой женщине, подумала Анжелика, весьма довольная тем, как работает ее разум, с холодной последовательностью, без терзаний и тревог, просто охватывает и рассматривает одни за другим все аспекты, как и должна поступать разумная женщина.
Я смогу протянуть еще месяц, от силы два, если не стану давать денег Андре. Расписки у меня скоро кончатся, Альберт в любой день может получить распоряжение отказать мне в кредите и вышвырнуть меня на улицу. Я почти могу читать ее злобные мысли. Ладно, я смогу переехать во французскую миссию. Но они не станут кормить меня очень долго.
