Кузовенков буквально воскрес от его слов. Они прозвучали для слуха Мишки куда приятнее, чем даже адажио из балета «Лебединое озеро».
Но как назло: куда-то запропастился вчерашний стакан.
– Ничего, – успокоил Мишку Иван. – Счас найдем!
Он огляделся по сторонам и направился к разрушенному наполовину бараку. Нырнул под свисающую косо дверь.
Нетерпеливо поглядывая то на бутылку, то на барак, Мишка маялся и вздыхал, Иван появился очень бледный.
– Мишк, иди сюда! – крикнул он.
Почуяв неладное Кузовенков, спотыкаясь, заторопился к приятелю.
– Чуешь?! – спросил тот.
Мишка потянул носом и скривился. По длинному темному коридору полз гнусный запах.
– Труп! – коротко пояснил Иван. – Я его только счас видел… парень какой-то лежит и пахнет. Пошел я в милицию звонить, потом похмелимся… как они уедут. Ну их от греха.
– Итак, что мы имеем, молодые люди? – вопросил Лев Иваныч.
Вся группа, хорошо зная о привычке судмедэксперта Наумова задавать риторические вопросы скромно молчала. Только практикант, курсант школы милиции Володя Барабаш, открыл было рот по своей ученической привычке, но вовремя спохватился, не к лицу ему было забегать вперед старших по званию.
– Окончательные выводы мы можем сделать только после вскрытия, – не торопясь, рассуждал Наумов. – Но признаюсь вам: за тридцать пять лет работы в органах я вижу такое впервые. Шея убитого явно была сначала прокушена. Зубами?! Только потом разорвана. Труп обескровлен почти полностью. А крови на полу почти нет.
– Убили где-то, а бросили здесь? – рискнул предположить старший лейтенант Синельников.
– Здесь его… убили! – глухо сказал курсант Барабаш.
– Вы так думаете, юноша? – блеснул толстыми стеклами очков эксперт Наумов.
Володя показал на крошечные бурые пятнышки, которыми была усеяна стена снизу, у самого плинтуса.
– Совершенно верно! – оживился Лев Иваныч. – А вот, мой начинающий сыщик, вам вопросик на засыпку. Сейчас труп лежит лицом вверх. А каково было положение тела в момент убийства?
– Шея убитого прокушена с правой стороны, – подумав, ответил Барабаш. – А брызги крови расположены слева от трупа. Значит, в момент убийства человек лежал на полу лицом вниз.
– Прекрасно, юноша! – воскликнул Наумов. – Я тоже пришел к адекватному выводу.
– Что же получается – из него вампир кровь выпил? – пробурчал Синельников. – Бред какой-то.
– Бред есть явление духовное, – блеснул золотой коронкой Наумов и щелкнул замками своего чемоданчика. – А данный труп вполне материален… Так что, друзья мои сыщики, в первую очередь вам будет нужно установить личность убитого…
– Это и козе понятно! – буркнул Синельников. Он предчувствовал, что дело о «вампире» имеет все шансы обратиться в очередного «глухаря».
Убитым оказался некий Аскольд Коробейников, приехавший из областного города Н… в гости к тетке.
Страшная смерть молодого парня порядком переполошила Монастырск. Бульдозерист Мишка Кузовенков и его закадычный дружок Иван стали в своем СМУ самыми популярными людьми.
– А кровушка-то у него была вся высосана до капельки, – говорил Мишка и для убедительности переворачивал стакан, который только что «опрокинул». – А папаша его какая-то шишка в области.
– Н-н-да! – мычали мужики и чесали в затылках.
На помощь местной милиции приезжали специалисты аж из самой Москвы. Но дело, похоже, было безнадежным, оправдались предчувствия Синельникова.
По вечерам городишко пустел. Только самые отчаянные парни, сбившись большой кодлой, шлялись по проспекту Ленина (там было много фонарей) и, подпив, разухабистого голосили:
– Эй, вампир! Давай напьемся крови!
Да еще бродил по Лягушатке во мраке и одиночестве Генка Артюхин, пытался отыскать тот дом, где могла бы жить девчонка в белых колготках. Он сразу связал пятна крови на ее ногах и смерть парня воедино: совпадение этих двух фактов по времени и месту было полным.
А вот Николай Новиков, приехавший в Монастырск проведать свою падчерицу Лену, ученицу СПТУ-13, о жутком том происшествии еще ничего не знал. Поэтому, в предвкушении сладостной встречи (был подходящий случай наконец-то овладеть строптивой девчонкой) он шел себе, не спеша, по Советской. Спросил у какого-то парня:
– Где у вас тут третий микрорайон?
– Недалеко, – ответил Тюха. – Пойдем, я тоже туда. Вот здесь по косенькой и свернем.
Знал бы Генка, с кем идет! Он ни за что не отцепился бы от приезжего до самых дверей Леночкиной квартиры. Однако Тюхе было суждено еще долго добираться до своей таинственной незнакомки.
Поднявшись на пятый этаж и сверившись по бумажке с номером квартиры, Колька позвонил.
Дверь приоткрылась как раз на длину цепочки. Увидев отчима, Лена поспешно ее захлопнула.
– Ах, ты! – матюкнулся Колька сквозь зубы. Он потоптался в нерешительности и снова нажал кнопку звонка.
– Измором возьму! – подумал он. Но минут через двадцать все же собрался уходить, поднимать шум было не в Колькиных интересах.
И вдруг дверь открылась.
