Всё что можно было сломать, было сломано, разбито на части и превращено в мусор. Чудом уцелели только кровать, бельё и катана. Деревянная мебель изрублена в щепки, коллекция продолговатых стеклянных флаконов, расколота и буквально вколочена в системы наблюдения и бытового обслуживания. С особой жестокостью была уничтожена коллекция реплик старинных вещей. Предметы, которые с большой любовью собирались многие годы были расплющены, смяты, покрыты нечистотами и помещены в отхожее место. Изящные мясорубки, затейливые тостеры, элегантные коагуляторы больше не ласкали взор и ни тешили инфантильные желания. Конечно в основном это были грубые подделки, истинный облик старинных вещей в результате махинаций антикваров был утрачен ещё сотню лет назад. Но даже грубые подделки были редкостью и коллекцию было жалко.
Внезапно Джим почувствовал запах нечистот и его стошнило.
— Смерть свободе! — заорал он во всё горло — Кто чёрт побери опередил меня? Ведь это была моя миссия создать этот шедевр последнего рабочего дня! Это должен был сделать я!
Медицинский модуль был заблокирован в душевой комнате. Как только Джим выпустил его на волю, то сразу получил долгожданную очистку крови. С просветлением сознания, сразу перехотелось ругаться и стонать. А в голову пришли новые, светлые идеи такие же яркие и тёплые как предстоящий день.
С некоторой опаской Джим обратился к эгосфере, но его крамольные возгласы "Смерть свободе" система проигнорировала.
Это была хорошая новость.
— Отличное утро! — воскликнул Джим — Хорошее начало дня, что же дальше? Интуитивно он знал что эгосфера приготовила ему чудесный сюрприз.
Эгосфера включила трансляцию и Джин увидел нюансы ночного побоища.
Голый, находящийся в сильном возбуждении человек действовал исступлённо на грани духовного преображения. В его руках была катана. Самурайский меч сверкал словно молния превращая стеллажи, посуду, приборы в живописные кучи обломков, обрамлённые пучками проводов и битым стеклом.
В замкнутом пространстве бокса человек выглядел могучим и всесильным титаном, непреодолимой стихией. Его громогласный клич "Смерть свободе!" был слышан во всех углах квартирки.
Джим с поросячьим, хрюкающим удовольствием узрел в таинственном гении разрушения себя самого, и без смущения любовался искрами хаоса, смакуя самые низменные подробности ночной резни.
Провалы в памяти были вызваны таблетками Мгновенный Оргазм. М-оргазм не вызывал привыкания или разрушения организма. Но слишком долгая череда мгновенных оргазмов, тем более у мужчин, приводила к временному отключению некоторых участков коры в головном мозгу.
Эгосфера в очередной раз, обречённо, предложила Джиму сократить частоту получаемых оргазмов.
— Хватит прошлых заслуг, пора готовиться к будущим триумфам! — сказал Конпол и эгосфера ушла из реальности.
Остатки запаса м-оргазма доктор нашёл в углу жилища. Белые конфетки плавали в пахучей тёмной густой жидкости.
— Надеюсь мне не удастся вспомнить состав этой жижи — мелькнуло у Джима в голове — слишком красноречивый, нефтяной цвет субстанции вызывал естественное отвращение.
Как обычно бывает м-таблетки подействовали мгновенно. По спине директора пробежал холодок.
Пошатываясь, но в хорошем настроении Джим вышел на террасу. По его телу, градом текли тёплые капли разной прозрачности и разного происхождения. Во рту, после вчерашнего вечера оставались кислые следы дурманящих препаратов, Конпол смаковал их с брезгливым, потаённым удовольствием. В руках доктор продолжал сжимать катану, а на его лице засияла улыбка. Он улыбался навстречу рассвету, радуясь, что не пропустил столь обыденное, но в то же время торжественное природное явление — солнечный восход. У доктора истории ещё остались силы продолжить вчерашний деструктивный спектакль.
Под его ногами куда не падал глаз, простирался парк. Среди горных отрогов, раскинулось разветвлённое горное ущелье которое расширялось в широкую, изумрудную от свежей листвы, долину. Горные ручьи с шумом несли свои воды среди скальных обломков и руин старинных построек. Аллеи парка, похожие на тропы пастухов, так искусно они были спрятаны среди деревьев и гранитных валунов, были пустынны и покрыты росой.
Жилые и административные боксы примостились к отвесному склону горного хребта. Сотрудники парка называли свои квартиры и лаборатории — "Ласточкины соты". Так как именно птицы и пчёлы подсказали архитектору принцип размещения зданий и помещений в хаосе нагромождений скал и обрывов.
Бокс директора находился на самом верхнем, пятом ярусе, центрального корпуса. Терраса была создана за счёт существенного уменьшения жилого пространства квартиры. Джим единственный из жильцов "Ласточкиных гнёзд" кто предпочёл жить в узком пространстве ради возможности принимать, живительные, воздушные ванны.
Когда золотой, солнечный, диск полностью показался из-за тёмных остроконечных хребтов Доктор Конпол протянул навстречу тёплым лучам руки и зажмурился. Утренние ласковые дуновение ветерка, сдобренные рассветом дарили даже больше нежности чем грязная простыня и влажная подушка.