Мы все разбрелись кто куда. Люк сидел у себя, Фортем и Градвин с Хэжином занимались расшифровкой вместе с другими инженерами, Тамир и Мирна сидели в кухне и пытались что-то жевать, но в конечном итоге раз за разом обсуждали происходящее.
Я бесцельно бродила по дворцу, размышляя о насущном.
Примжины долго копили ненависть и жажду власти. Почти истребленные, они работали над возрождением своей расы веками. В то время как мы развивались, завоевывали новые системы и строили империи, все их жизни были посвящены лишь возвращению былого могущества.
О нет, они не прятались в другой галактике, изможденная раса просто не добралась бы до иных миров. Примжины нашли пристанище где-то ближе, возможно, совсем рядом с нами. Но где? Если подпустить их поближе, Аднар, возможно, сумеет прочитать мысли, узнать, где их базы и флот.
Как же невыносимо знать, что ничем не можешь помочь!
Дворец вдруг содрогнулся, и я вздрогнула, замерев. Включила эмирт, прислушиваясь к переговорам.
– Первые ракеты, – издалека донесся голос Рутберга. – Они атакуют Террестрис. Я отдаю приказ вступить в бой.
Спустя несколько минут небо разрезали вспышки. Солнце уже вновь клонилось к закату, когда я смотрела на яркие вечерние краски, то чувствовала тошноту, потому что днем почти не спала, лишь вздремнула несколько часов, лежа с Мирной и Тамиром на одной кровати в одежде. Чтобы, в случае чего, быстро сбежать.
Над планетой завязался бой, различить в котором ничего не получалось. Только вспышки то и дело озаряли полутемные коридоры дворца, а грохот и взрывы сотрясали дворец.
– Паулина! – услышала я голос Люка. – Почему ты еще здесь? Дорогая, я прошу тебя, спустись в убежище!
– Люк, я уже сказала свое решение, я остаюсь.
На императора было больно смотреть. Брат оказался лишен даже скудного и тревожного сна. Интересно, это когда-нибудь закончится? Отведенные сутки подходили к концу, так что я надеялась, что Фортем уже расшифровал часть сведений. И… о, звезды, как же я молилась, чтобы все прошло по плану!
– Боишься? – спросил Люк.
Мы вместе направились к тронному залу, с его балкона открывался лучший вид на город, которому в скором времени предстояло пасть под ударами врага.
– Конечно, – кивнула я. – Знаешь, эти ощущения не сравнятся со страхом девочки, которая бегала от полиции. Но я не жалею, что оказалась здесь.
– Серьезно? – удивился брат. – На пороге войны, в шаге от гибели, ты не жалеешь, что не осталась на Земле? Закрытая нашими щитами?
– Знаешь, если сейчас примжины победят, если сумеют переступить через Канопус, то в скором времени доберутся и до Солнца. Можно только представить ужас мира, никогда не знавшего внеземной жизни и вдруг столкнувшегося с примжинами. Я не хотела бы однажды проснуться в заброшенном доме и увидеть в небе корабли-драконы, сжигающие заживо людей. Лучше я погибну принцессой, готовой к любому исходу.
– Ты удивительная, Паулина. Не знаю, какой магией ты обладаешь, но покоряешь буквально всех, с кем знакомишься. Я так рад видеть счастливого Аднара, влюбленного в тебя. Рад, что дворец оправляется от испытаний…
Он вдруг запнулся, услышав странный низкий гул.
– Что это? – нахмурилась я.
– Не знаю…
Мы дошли до середины тронного зала, когда все вокруг внезапно взорвалось диким грохотом. Яркая вспышка ослепила на долгие секунды. Волной брата отбросило на меня, а потом сверху посыпались камни и обломки. Все грохотало и плавилось, кожу опалило волной нестерпимого жара. Я свернулась в клубок, спасаясь от боли, а сверху меня закрыл собой Люк. И когда все стихло, он со стоном откатился в сторону.
– Люк! – хриплым голосом позвала я. – Что это…
Сверху на нас упал кусок стены, оплавленный и потрескавшийся. Мне почти ничего не было видно, но, похоже, во дворец попали выстрелом. Где-то вдали слышались приглушенные звуки взрывов.
– Люк! – Я бросилась к императору, на которого было больно смотреть.
Он принял практически весь удар на себя. Видимых повреждений, кроме пары ссадин и ожогов не было, но я все равно почувствовала, как ледяная рука сжала легкие, не давая вдохнуть. Грудь Люка вздымалась часто и прерывисто, словно он не мог надышаться, сделать полноценный вдох.
Эмирт, который я держала в руках, куда-то упал, в мешанине обломков и стекла я не смогла его найти. Почти отчаялась, но вдруг вспомнила о браслете, что Тамир подарил на мой день рождения. Он ведь связывал меня с ребятами!
– Нам нужна помощь! – крикнула я, включив браслет, и закашлялась.
– Надо усилить щит разрушителя, – прохрипел император.
– Тихо, не разговаривай, сейчас я приведу Хэжина!
– Паулина, – он не дал мне подняться, с неожиданной для раненого человека силой взял за руку, – погоди. Мне надо тебе сказать кое-что.
– Люк, тебе надо в больницу!
– Не надо, – голос у него был совсем слабый. – Мне так жаль, что у нас было мало времени.
– Ты что… Люк, прекрати, сейчас Аднар кого-нибудь приведет.
Я почувствовала, как слезы обожгли глаза и пролились.
– Я хотел… чтобы ты рассказала мне о моей сестре. Какой она была.
– Самой лучшей подругой.
Он слабо улыбнулся.
