Веер метнулся в сторону ближайшей машины, и она взорвалась, с оглушительным грохотом взлетев в темное небо. Перевернувшись, горящий автомобиль рухнул на дорогу.
Клим Поликутин, окутанный искрящимися молниями, подплыл к машине Белявской. Дверца заднего сиденья распахнулась, и парень скользнул внутрь. Затем Евгения села за руль и завела двигатель. Она быстро скрылась из вида, а потрясенные Димка, Женя и Луиза растерянно смотрели ей вслед.
Соловьева перевела взгляд на горящий автомобиль.
– Вы слышали, что случилось недавно с Мастером Игрушек? – ошалело спросила она. – Похожий прием, вам не кажется?
– Думаешь, это она пыталась его прикончить? – спросил Димка. – А ей-то оно зачем?
Луиза лишь молча пожала плечами.
Стас Кащеев мирно занимался любимым делом в художественной студии. Он любил тихие вечера, когда в академии все замирало, стихал шум в корпусах и все ученики расходились по своим комнатам. Тогда он мог спокойно рисовать, а не строить из себя силача и спортсмена, чего от него все ожидали. Конечно, спорт и силовые тренировки всегда давались ему легко, но рисование нравилось куда больше. Он уже почти закончил рисунок, когда в студию заглянула Карина Кикмарина.
– Привет! – воскликнула она, приоткрыв дверь. – Димку не видел?
Стас не сдержался и захохотал.
– Почему все ищут Трофимова именно здесь? – спросил он. – Студия – последнее место, куда он мог бы отправиться добровольно.
– Ой, верно, – смутилась Карина. – Об этом я как-то не подумала. Но куда он мог подеваться?
– Мы сидели в библиотеке, когда туда прибежали Женя и Луиза. Я собирался идти рисовать… Они что-то рассказали Димке и Алисе, а затем все вчетвером быстро унеслись в город.
– А ты почему с ними не пошел?
– Хотел закончить пейзаж. – Стас кивнул на холст, закрепленный на этюднике. – А то из-за всех этих тренировок у меня почти нет на него времени. Сама-то где пропадаешь все последнее время?
– Я хожу на болота к Хозяину Леса, – ответила Кикмарина. – Мне очень нравится там бывать и общаться с теми, кто проснулся.
– Честно признаться, у меня от них мороз по коже. Сборище древних привидений. Ты их не боишься?
– Вовсе нет, – ответила Карина. – Они учат меня, рассказывают мне истории о былых временах. Я узнала много нового о себе и о нашем мире. Не стоит их опасаться, ведь они вернулись не за тем, чтобы причинить нам вред.
– Они помогут нам, когда придет время? – спросил Стас.
– Да, но я пока не совсем представляю, каким образом. Ведь они бесплотны и неосязаемы. По крайней мере, большинство из них. В любом случае их поддержка нам не помешает. Хочешь, я как-нибудь возьму тебя с собой? Сам убедишься, что не нужно их бояться.
– Я подумаю над твоим предложением, – ухмыльнулся Кащеев.
Карина вышла из студии и закрыла за собой дверь. Стас вернулся к своей картине.
Не успел он сделать и пару мазков кистью, как у него зазвонил сотовый. Кащеев раздраженно чертыхнулся. Похоже, сегодня ему точно не дадут дорисовать.
Он ответил на звонок и услышал хорошо знакомый голос.
– Пришло время вновь вернуться в красную комнату, – раздалось из трубки. – В ее центре установлен стол, покрытый черной скатертью. На нем хрустальная ваза, в которой стоят три цветка – белый, красный и черный. Твой цветок – белый.
Стас замер на стуле и кисть выпала из его руки.
Тимофей Зверев болтал с Лизой по видеосвязи, сидя с телефоном в руке на стадионе академии «Пандемониум». Хлопьями шел снег, он давно накрыл поле и трибуны. Но Тимофею было хорошо. Холода парень не чувствовал, но снежинки, попадающие за шиворот, доставляли неприятные ощущения, поэтому он натянул на голову капюшон толстовки.
– Как там у вас обстановка? – с улыбкой спросил он.
Лиза, лежавшая на кровати в своей комнате, закатила глаза.
– Думаю, примерно так же, как у вас в корпусе, – рассмеялась она. – Алена Александровна и Марьяна уже переехали к нам. Кира с ними. У нас тут еще Оксана, две горничные, два охранника и садовник. Здесь никогда не было такого столпотворения, но мне нравится. В особняке постоянно звучат голоса, здесь больше не стоит тишина. Марьяна сразу принялась учить горничных готовить. По ее мнению, нас тут ужасно невкусно кормят, и она обещает скоро это исправить. А у вас как?
– Канто продолжает готовить из нас убийц, – мрачно усмехнулся Тимофей. – Но мы боимся ему перечить, не то он сам нас прикончит.
– Все настолько серьезно?
– Ему разрешили делать все что заблагорассудится. И он этим пользуется. Многие ученики уже побаиваются ходить на его тренировки. А еще продолжают приезжать родители ребят.
– Я видела в городе мать Антона Седачева, – сообщила Лиза. – Она спрашивала о сыне в «Одноглазом валете». Очень нервная женщина…
– Я ее тоже видел и сразу вспомнил Влада Пивоварова. Едва появившись в Клыково, он точно так же принялся искать своего сына. Но для него это ничем хорошим не закончилось…
– А Антон больше не объявлялся?
– Нет. Если он ушел в темную академию, зачем ему возвращаться?
– Но ты же вернулся. И Альф с Вернером.
