Отаменди оставил маркер на полочке доски и направился к выходу.
– А что будем делать с Васкесом? – спросил Льярена.
– Черт с ним. Пусть остается там, кто-нибудь его найдет.
Айтор остался один в кабинете профессора Ольмоса. Внезапно в его душе поселилось какое-то опустошение. Он изо всех сил потер глаза и лицо. Что-то терзало его изнутри. Айтор вновь окинул взглядом все фотографии, дипломы на стене. Он совсем не был уверен, что хочет найти повара. Разве тот заслуживает их помощи и возможности сохранить себе жизнь? Еще несколько часов назад у него не было бы этих сомнений, но теперь что-то в нем изменилось. Он испытывал ужасную жажду, с трудом глотал. Потрясения этой ночи превратились теперь будто в комок в горле. Все было гораздо проще, когда он видел перед собой черное и белое, теперь же, когда проявилось столько промежуточных полутонов, Айтор чувствовал себя совершенно потерянным. Ему вспомнился тот день, когда он чуть не погиб, – день автокатастрофы… Возможно, он должен был почтить память своих родителей, сделав то, чего требовал его долг. Айтор подумал, что едва ли мир станет лучше оттого, что в нем останется жить Серхио Эчабуру, но, наверное, станет хуже, если он не попытается спасти этого человека.
– Судмедэксперт! Моральные дилеммы оставляем на другой день, – донесся из коридора крик Отаменди.
Айтор вышел из кабинета, ощущая горький привкус во рту.
Им потребовалось меньше пяти минут, чтобы добраться от дворца Мирамар до дома семьи Салас. «Гольф» припарковали на обочине позади патрульной машины, возле которой их дожидался Гомес. Льярена вкратце обрисовал ему ситуацию по телефону, и тот уже знал самое важное: Клара Салас и Майте Гарсия были теперь главными подозреваемыми. Подав знак кивком, Отаменди пошел вперед к подъезду, и все последовали за ним. Полицейский позвонил в домофон. Никакой реакции. Еще несколько попыток. Опять молчание. Отаменди принялся нажимать все кнопки на домофоне. Через несколько мгновений ответил молодой голос.
– Здравствуйте, это сотрудник Эрцайнцы Отаменди. Нам нужно войти. Откройте, пожалуйста, – произнес Отаменди, показывая в камеру свой жетон.
Дверь тотчас открылась.
– Гомес, останься здесь. Следи за выездом из гаража.
Эрцайна кивнул и направился к углу дома, откуда можно было наблюдать и за подъездом, и за воротами гаража. Айтор, Отаменди и Льярена вошли в лифт.
Когда они проезжали третий этаж, судмедэксперт поднял свою руку ладонью вниз. Никогда еще он не видел, чтобы она так дрожала.
– Не нервничай, – попытался успокоить его Отаменди. – Предоставь все нам.
Его тело как будто панически боялось неизвестности, с которой предстояло столкнуться. То, что на протяжении всей ночи было для него чем-то абстрактным – призрачным огромным чудовищем с длинными руками, костлявыми пальцами и зубастыми челюстями, порождением изощренного ума на службе у зла, – теперь вдруг стало двумя молодыми девушками с хрупкой и невинной внешностью. Айтор до сих пор не до конца верил во все это.
Все трое вышли из лифта, и Отаменди нажал кнопку звонка. Затем он обернулся, взглянув на Льярену, и тот ответил ему решительным кивком. Все было тихо. Отаменди позвонил еще раз. Ничего. Затем он принялся колотить в массивную деревянную дверь кулаком – изо всех сил, без каких-либо церемоний.
– Сеньор Салас, это сотрудник Эрцайнцы Хайме Отаменди, откройте, пожалуйста, дверь.
Айтор стиснул зубы. Что сейчас будет? Как отреагируют Клара и Майте? Вдруг они решат оказать сопротивление?
– Сеньор Салас, я настаиваю: или вы открываете нам дверь, или я вынужден буду задержать вас за неподчинение сотруднику полиции.
Они застыли на лестничной клетке, переглядываясь. Отаменди с разочарованным видом покачал головой.
– Что? – спросил Льярена.
– Похоже, их нет дома.
– Да брось ты, они должны быть там.
– Что-то подсказывает мне обратное.
– Но это невозможно, Хайме. Гомес все время следил за выходами из дома.
Отаменди закусил нижнюю губу и вновь покачал головой.
– Всю ночь дом был под нашим наблюдением. Они не могли проскользнуть незаметно, – настаивал Льярена.
– То-то и оно, что они всю ночь были у нас под присмотром, а теперь куда-то пропали! Черт побери! – выругался Отаменди, затем вновь повернулся к двери и оперся на нее обеими руками. – Сеньора Элустиса! Андреа, пожалуйста, нам нужно поговорить с Кларой. Послушайте меня, послушайте меня оба: сейчас нет никакого сценария, который мог бы улучшить положение дел. Единственная возможность не сделать хуже – чтобы Клара и Майте сдались и сотрудничали со следствием. Я знаю, вы думаете, что защищаете их, и мы вас понимаем, но нельзя допустить, чтобы они нанесли еще больший вред себе или кому-то другому.
После нескольких секунд ожидания Отаменди нажал кнопку лифта.
– Ладно, поехали.
Входная дверь в квартиру Салас отворилась. Это была мать семейства. За ее спиной, в темноте, стоял отец.
