— Не беспокойся, я все улажу, — заверил ее Легран. Его лицо ожесточилось. Глаза потемнели и наполнились угрозой. Галя замерла, чувствуя легкую вибрацию в воздухе. Она осторожно оглянулась, пытаясь понять, что случилось. — Что такое?
— Разве ты не чувствуешь? — спросила Галя и нахмурилась. Она могла поклясться, что ощущает нечто вроде магии. Присутствие было слабым, но оно совершенно точно было!
Легран тихо выругался и постарался успокоиться. Галина Николаевна заметила это. Она снова прищурилась, с подозрением глядя на мужчину.
— Думаю, мне пора, — торопливо произнес Эруард, вставая из-за стола. Оглядев зал, он одобрительно кивнул. — Скоро открытие?
— Завтра пойду заказывать вывеску, — по инерции ответила Галя. — Нет, подожди. Что не так?
— Все нормально, — Легран улыбнулся и направился в сторону выхода. — Я вернусь поздно.
Галина Николаевна не стала больше его останавливать. Она дождалась, когда за Леграном закроется дверь, и только после этого села и раздраженно фыркнула.
Посидев некоторое время, она встряхнулась и осмотрелась. Первый этаж был готов. Не так давно столы и лавки были доделаны и расставлены. Галя помнила, что в тавернах и трактирах часто разгорались драки и мужчины использовали в качестве оружия все, что попадалось под руку, включая мебель. Не желая постоянно тратить деньги на ремонт, она, как и задумывала, прибила все предметы обстановки к полу самыми большими гвоздями, которые смогла найти. Даже сильный мужчина вряд ли сможет так просто оторвать стол или лавку от пола.
Полы около камина были прикрыты каменной кладкой. Сама топка закрывалась железной решеткой, которую можно было снять. Правда, имея ключ от замка. Драки все еще беспокоили.
Полы пока не были покрыты соломой. Галина Николаевна решила, что будет использовать ее только в мокрые периоды. В остальное время солома казалась излишней.
Не желая постоянно оттирать стены от копоти, Галя попросила строителей поменять держатели светильников. Их конструкция стала немного другой: теперь дым не касался стен, просто поднимался вверх. Конечно, это не избавит от необходимости время от времени отмывать потолок, но подобное все-таки лучше, чем мытье еще и стен. Становилось понятно, для чего в тавернах окна располагались под самым потолком. Они явно служили дополнительными вытяжками.
Кроме того, Галя озаботилась тем, чтобы факелы нельзя было легко выдернуть из держателя. Работающие над заказом кузнецы смотрели на нее с недоумением. Им явно не была понятна такая озабоченность.
В каждом факеле были проделаны отверстия. С помощью выдвижных штырей на держателе палка фиксировалась намертво. Конечно, убрать штыри было можно, но вряд ли кто-то в пылу драки сообразит, как это сделать.
Возле стены, разделявшей зал и кухню, Галина построила нечто вроде барной стойки. Конечно, не сама, а с помощью плотников, которые занимались всей мебелью в доме.
Она не собиралась выставлять на всеобщее обозрение кувшины с вином или бочки с пивом. Что-то подсказывало, что цивилизованность некоторых местных жителей оставляет желать лучшего.
Стойка нужна была, чтобы люди знали, где можно заказать обед или снять комнату. Галина была уверена, что раньше на этом месте имелось что-то подобное. Просто чуть позже стойку разобрали на дрова.
В стене около стойки было проделано небольшое отверстие, в которое Галина вставила толстую веревку. На другом конце веревки, на кухне, висел колокольчик. С его помощью администратор всегда мог дать понять подавальщицам, что в зале требуется их помощь. Простейшая система оповещения, но это лучше, чем без конца самой бегать на кухню. Конечно, можно заставить девочек безвылазно сидеть в зале, но Галине такое показалось не слишком удобным. Ждать все-таки довольно утомительно.
Собрав грязные тарелки, Галина Николаевна направилась на кухню. Обдумывая, что ей нужно сделать сегодня, она решила отправиться к плотникам сейчас, а не завтра.
Пора ее заведению обрести имя.
Прочитав короткую записку, женщина побледнела. Ее тонкие пальцы ослабли, отчего клочок бумаги беспрепятственно скользнул на пол.
Прижав руку ко рту, женщина замерла. Пару минут она стояла неподвижно, а потом неожиданно вскрикнула, словно ее кто-то дернул или укусил. На красивом лице медленно проступило недоумение, а потом отчетливая обида. Впрочем, спустя некоторое время эти эмоции растворились в видимой невооруженным взглядом злости. Скорее даже ненависти.
Отдернув руку от лица, она резко развернулась на месте и стремительно направилась к выходу, кончиками пальцев придерживая объемный подол дорогого платья. Во всем ее движении ощущалась легкость и порывистость.
Женщина была тонкой и стройной. Она держала голову высоко, а спину настолько прямо, насколько это вообще было возможно. Ее силуэт излучал уверенность в себе и красоту.
