– Как минимум четыре раза в год, в равноденствия и солнцестояния, Леонов меняет руки. Никто не знает, кто, когда и зачем зачаровал его.
Марк, сощурившись, оглядывал памятник космонавту.
– Еще скажи, что он с постамента сходит и по улицам гуляет.
– Нет, с постамента Кант сходит, – улыбнулась Алиса. – Хотя шутки шутками, но в городе рассказывают, что не раз слышали стук его каблуков по брусчатке Острова. Ладно, идем дальше, мы вообще-то на работе.
Марк фыркнул, и Алиса расценила его реакцию как досаду на то, что в такой прекрасный летний день приходится заниматься делами. По пути Алиса рассказала Марку обо всем, что он должен был знать для разговора с Красой. Девушка упомянула о некоем человеке, покинувшем дом колдуньи. Марк кивал, запоминая сказанное. Наконец они добрались до нужного адреса в Амалиенау. По тенистым улицам разливался густой и сладкий запах цветущих лип, а серый асфальт и тусклая брусчатка были усыпаны оранжевыми опавшими соцветиями.
– Я уже люблю этот город, тут расстояния – вообще ни о чем! – воскликнул колдун, когда они остановились у ворот.
– Да, это тебе не Москва! Ну звони уже, – Алиса ткнула его в бок и кивком указала на ворота перед домом Красы.
Колдун ткнул кнопку на домофоне, ответом ему была искаженная помехами трель. Спустя секунд тридцать с той стороны защелкало, а потом прозвучал голос женщины:
– Слушаю вас.
– Добрый день, Варвара, меня зовут Марк Лиговский, и я – Пятнадцатый Нижегородского круга магов. Меня прислали к вам в связи с гибелью вашей матери. Нам с вами нужно поговорить.
Какое-то время она молчала, лишь тихо шипели помехи в металлической решетке динамика. Алиса уже думала, что Краса даст им от ворот поворот, но внезапно замок калитки зажужжал и щелкнул.
– Проходите, я выслушаю вас.
– Спасибо.
Марк открыл калитку, и колдуны шагнули вперед. Алиса почувствовала легкое покалывание: защитные чары, которые сработали бы, пожелай гости причинить хозяевам вред. Дом Красы окружал уютный сад, засаженный яркими, как огненные искры, астрами. У стен по обе стороны от крыльца алели густые розовые кусты, цветы которых испускали нежный аромат. Хозяйка, молодая на вид женщина, вышла на крыльцо встретить гостей. Она не носила траур и была одета в домашний костюм кремового цвета. Темно-каштановые волосы украшала белая лента.
Марк шел первым, Алиса держалась позади. Поднявшись по ступенькам, он протянул колдунье ярлык. Та, удерживая документ магией в воздухе, поспешила с ним ознакомиться, потом взглянула на гостей поверх края – мать Марка предусмотрительно вписала в документ и имя Алисы, выдав ее за проходящую обучение в Круге. В конце концов хозяйка дома решила, что бумага не вызывает сомнений, и вернула ее Марку, после чего поманила гостей за собой. Они миновали прихожую, и хозяйка ввела их в гостиную, где царил бархатный полумрак: тяжелые шторы цвета индиго почти полностью закрывали окна, а слабый рассеянный свет пробивался через щели в них. Однако при этом света в гостиной хватало, и ни хозяйка, ни гости не стали включать дополнительные источники.
– Присаживайтесь, – махнула рукой в сторону кресел Краса.
Она не предложила им напитки, возможно, надеясь показать, насколько они нежданные посетители, или рассчитывала, что колдуны не задержатся и покинут дом достаточно быстро.
Марк занял предложенное ему место, Алиса опустилась в рядом стоящее кресло. Хозяйка села напротив, вид у нее был крайне отстраненный.
– Что хочет знать ваш Круг?
– Расскажите о том, как и почему погибла ваша мать, – ответил Марк.
Краса откинулась на спинку своего кресла, но движение вышло слишком скованным. Едва заметно вздохнув, она ответила:
– Ее убили. Кто и зачем – я не имею ни малейшего понятия. Мне известно, что преступник не использовал магию, мать умерла от несовместимой с жизнью раной живота.
– Вы можете предположить, кому понадобилось убивать вашу мать?
Краса молчала. Алиса старалась сохранять спокойный вид, но внутри нее все так и клокотало. Вот здесь следствие и споткнулось о нежелание дочери делиться подробностями! Скажет ли она сейчас Марку то, что интересовало УСК?
– Я не знаю, – ответила наконец Краса, – у нее наверняка были враги. Со мной она не делилась, говорила, что мне еще рано знать о некоторых вещах.
– Если были враги, могли ли они желать ее смерти?
Марк держался уверенно, полностью вжившись в свою роль. Алиса пока в разговор не вступала, думая о том, что, возможно, и не придется. А колдун, похоже, не только не растерял те навыки, которые получил в Академии, но и моментально их вспомнил.
– Могли, конечно, но… Маму убили с какой-то звериной жестокостью. Обычно ведь это так не делают. Враги убивают быстро, а не устраивают спектакль, – намекая на кусок янтаря в зубах Красы-старшей, сказала хозяйка. – Если вы хотите знать мое мнение, у кого-то был глубоко личный мотив. Но у кого, я не могу вам сказать. Повторю – мама не посвящала меня в свои дела так глубоко.
– Как же так, вы ведь должны занять ее место и стать Первой! – с наигранным удивлением воскликнул Марк.
