Оно, конечно, ни к чему не приведет – Стас совершенно не запомнил лиц нападавших, к тому же они явно обладали сверхъестественными способностями, хотя почему-то не использовали весь свой потенциал, ограничившись обычным мордобоем. Странно, ну да кто разберет этих уличных гадов.
Колдун закрыл глаза и слегка изменил позу, чтобы боль в спине была не такой сильной.
Он решил, что завтра останется дома и грядущие выходные потратит на отдых и восстановление. «
Одежду колдун скинул на пол прямо в коридоре и, прихрамывая, прошел в ванную. На губах все еще виднелись следы крови, по левой щеке тянулись три длинные царапины, а левая бровь над глазом распухла, как Стас и ожидал. Бока и спина были красными, с кровоподтеками и ссадинами. Колдун тихо с досадой зарычал. Все оказалось серьезней, а он не мог выпасть из расследования!
Впрочем, был один способ поправиться довольно быстро. Взяв смартфон, Стас быстро отыскал в мессенджере нужный контакт. Настоящего имени женщины-колдуньи, прятавшейся под именем Синеглазки, Стас не знал и, даже имея возможность «пробить» ее, делать этого просто-напросто не желал.
Синеглазка владела лавкой колдовских лекарственных средств, часть ее ассортимента была зачарована нелегально с помощью трансмутации. Однако именно такие зелья Стасу чаще всего и были нужны, а колдунья отправляла ему их в обмен на лояльность. Даже если бы сам Муромцев вызвал своего подчиненного и потребовал бы «сдать Синеглазку», Стас ни за что бы не сделал этого.
Он даже знал, где находится ее лавка, та была скрыта магией от тех, кого колдунья не желала видеть лично, но Лаврентьев как-то очень помог ей, позволив скрыться от УСК, и с тех пор между ним и Синеглазкой завязались крепкие партнерские отношения. Впрочем, к ее услугам или продукции Стас прибегал нечасто, лишь когда ситуация становилась совсем неприятной, как сейчас.
Сообщение улетело в личный чат. И хотя на часах было начало двенадцатого, Лаврентьев знал, что колдунья находится на связи едва ли не двадцать четыре на семь, ведь от этого зависело процветание ее скромного бизнеса. Ответ пришел практически моментально:
В ожидании своих зелий Стас пошел в душ. Когда горячая вода коснулась ссадин на теле, он зашипел от боли. И эта боль беспокоила его гораздо больше, чем сделка с совестью, на которую он пошел шесть лет назад, когда решил отпустить Синеглазку.
Все пошло не так, как надо, практически сразу. Но улица Брамса, на которой Виктор и его напарники поймали Лаврентьева, была наилучшим решением: потом он бы вышел на оживленный даже в самый поздний час Советский проспект, а оттуда в спальные районы Сельмы, где тоже невозможно было поймать колдуна в одиночестве.
Они совершили ошибку. Виктор совершил ошибку. И теперь, если лидер об этом узнает, а он обязательно узнает, Виктору будет очень стыдно. Он подвел главного, хотя поначалу считал свою цель благой, а действия справедливыми, ожидая, что они обязательно приведут его к нужному результату.
В итоге же теперь предсказать исход событий было невозможно. Виктор и его помощники здорово поколотили Лаврентьева, но, поскольку добить не успели, этого нападения оказалось недостаточно. Вряд ли, конечно, он сам и его коллеги из УСК свяжут нападение и расследование против лидера, но их это могло бы подстегнуть заниматься делом еще более рьяно.
