"Что... это... за... песня?" — прозвенел в их головах его любопытный голос.
Алекс воспользовался этим моментом.
"Это — наша песня," — ответил он. — "Песня тех, кто живет между светом и тьмой. И мы приглашаем тебя присоединиться к хору. Вместо того чтобы перерисовывать этот мир, помоги нам его... дописать".
Он протянул ментальную 'руку' не только Анти-Ключу, но и ослабевшему Кошмару.
"А ты," — обратился он к темной сущности, — "тебе не нужно больше быть тюрьмой для чужой боли. Стань ее хранителем. Стань памятью. Предупреждением. Но не палачом".
Он предложил им обоим не победу или поражение. А новую роль. Новый смысл.
Это был абсолютный, безумный блеф.
Но он сработал.
Кошмар, потерявший свою силу, начал втягиваться обратно, к Земле. Но теперь это была не атака. Он возвращался... домой. В глубины коллективного сна, чтобы стать не монстром под кроватью, а тенью в уголке, которая просто напоминает о том, что тьма существует.
А 'Странник' сделал нечто иное. Его перламутровый аватар подлетел к 'Фантому'.
"Твоя музыка... она интересна," — сказал 'Странник'. И перламутровая сфера Анти-Ключа, его физическое воплощение, отделилась от умирающего 'Жнеца' и плавно полетела к 'Фантому', пройдя сквозь его корпус, как призрак.
Она появилась на мостике, зависнув в воздухе. Она излучала тепло и тихое, мелодичное гудение.
"Что... что он делает?" — прошептала Тинкер.
Он сдается, — с недоверием констатировал Ключ в голове Алекса. — Нет. Не сдается. Он... предлагает себя в качестве... Он хочет понять.
"Он не может просто так болтаться по кораблю," — сказала Киана, приходя в себя. — "Он — сгусток чистого, нестабильного хаоса. Это как держать на мостике термоядерную гранату с вынутой чекой".
Алекс посмотрел на сферу. Потом на Киану. И его осенило.
"Ты права. Ему нужен дом". Он повернулся к консоли. "Кассандра, доставь из грузового отсека сюда объект 'Резонатор-ноль'".
Через минуту в воздухе на мостике материализовался небольшой, размером с книгу, идеально гладкий черный брусок. Это был тот самый стазис-контейнер, с которого все началось. Тот, в котором Алекс когда-то перевозил Ключ Порядка, а затем, на 'Химере', своей волей сжал его до компактного размера. Контейнер, созданный для того, чтобы изолировать и сдерживать божественные сущности.
"Ты хочешь...?" — начала Киана, понимая его замысел.
Алекс протянул руку к черному бруску и мысленно отдал ему приказ. Брусок плавно раскрылся, снова превращаясь в метровый стазис-контейнер, его внутренняя поверхность была абсолютно пуста и стерильна.
Затем Алекс посмотрел на перламутровую сферу Анти-Ключа. Он не стал ей приказывать. Он... попросил.
"Мы не сможем научить тебя нашей музыке, если ты будешь отвлекать нас своим сиянием," — послал он мысль. — "Если ты действительно хочешь учиться, тебе нужен покой. Место, где ты сможешь слушать. Вот — твой класс. Твоя комната для медитаций".
Это был ход, основанный на психологии 'Странника'. Ему предложили не тюрьму, а уединение для творчества.
Перламутровая сфера на мгновение вспыхнула ярче, словно обдумывая предложение. А затем плавно влетела внутрь открытого стазис-контейнера и замерла в его центре.
"Закрыть," — скомандовал Алекс.
С тихим шипением контейнер снова сложился, сжался до размеров черного бруска. Теперь внутри него, в полной изоляции, спал бог Хаоса, добровольно отправившийся на "учебу".
"Проблема временно решена," — с облегчением сказала Киана.
Корабль "Жнец", оставшись без своего божественного пилота, просто замер, превратившись в пустую оболочку.
"Что теперь?" — спросила она, глядя на три артефакта, лежащих на консоли: Эгиду, черный брусок с Анти-Ключом внутри, и руку 'Создателя'.
"Теперь... ждем," — ответил Алекс. Он посмотрел на Землю.
И они увидели. На ночной стороне планеты, там, где раньше была тьма, зажегся один огонек. Потом второй. Потом целый город. Потом континент.
'Колыбельная' отключалась.
Человечество просыпалось.
Их безумная симфония... сработала. Они не просто победили. Они принесли в этот уголок вселенной нечто новое. Хрупкую, но упрямую гармонию, рожденную из самой сути того, что значит быть человеком.
Они ждали.
"Фантом" дрейфовал на высокой орбите, превратившись в безмолвного стража спящего мира. Прошел час. Потом еще один. Ничего не менялось. Голубой шарик Земли внизу был все так же тих и прекрасен.
"Может, что-то пошло не так?" — спросила Тинкер, ее голос был полон беспокойства. — "Может, 'Колыбельная' не... отключается?"
"Дайте ей время," — ответил Алекс. — "Представьте, что вы пытаетесь разбудить того, кто спал сотни лет. Вы же не будете трясти его. Вы просто откроете шторы и позволите солнцу сделать свою работу. Мы — были этим солнцем".
Он был спокоен. Он чувствовал это. Тишину. Но теперь это была не мертвая тишина "Колыбельной". А спокойная, естественная тишина спящего, а не парализованного, мира.
И тут Кассандра сказала то, чего они все так ждали.
"Я фиксирую сигнал".
"Откуда?!" — встрепенулась Киана.