— Мне показалось — он позавидовал кузену. За такие деньги он согласился бы и не на такое.
Морган презрительно усмехнулся.
— За его тощий зад ему никто и фунта не заплатит.
Оба замолчали. Между тем глаза Чарльза Кэмпбелла остановились на мисс Софи Хэммонд.
— Эта младшенькая кузина не в пример смазливей старшей. Сколько за ней?
— Как я понял Стэнтона, пока ничего, но дядя приданое даст немалое. Однако Клэмент, как я вижу, семейное достояние не отдаст никому. Тут на пути не становись. Стэнтон в подмётки не годится Коркорану, но если его разозлить…
— Не сказал бы, что в груди девицы пылает страсть к нему, — бросил, скрывая разочарование, Кэмпбелл. Стало быть, приволокнуться за хорошенькой кузиной Стэнтона было нечего и думать. — Я-то думал завести интрижку. Ничего не скажешь, Стэнтон умно ограничил наш выбор. Жалкие десять тысяч мисс Нортон плюс родство с её братцем-выродком, или тридцать тысяч за его Бэрил — это твой выбор. Мой выбор шире — я могу жениться ещё и на твоей сестрице.
Морган ничуть не обиделся.
— Я видел твою рожу, когда ты вылезал из кареты, — он усмехнулся. — Розали — дура от рождения, образование и воспитание, боюсь, лишь усугубили её глупость до дремучести. Ну, да ничего. Если бы дураки не размножались, мир состоял бы из весьма умных людей, но раз глупцы в мире преобладают — жених для Розали найдётся.
— Побереги её от Коркорана.
— Она способна довести нормального мужчину до белого каления за четверть часа. Коркорана же… впрочем, вот уж кого жалко не будет. Что до твоих планов насчёт этой Софи — не будь идиотом.
— Считаешь, девица добродетельна, как Лукреция?
— Добродетельна скорее её сестрица Бэрил, ибо на её добродетель никто не покушался. Но каковы бы не были твои успехи в покорении сердца мисс Хэммонд, ты поссоришься со Стэнтоном, а когда приедет Коркоран — девица сразу даст тебе от ворот поворот. Глупо и затеваться. Куда ни кинь — везде клин. Пользуйся полным пансионом и тем, что здесь нет твоих кредиторов.
В это время вся компания, до этого осматривавшая развалины храма, тоже поднялась по ступеням на хоры, и мужчины умолкли. Мисс Розали восторженно что-то пробормотала о красоте руин, мисс Стэнтон спокойно озирала с высоты окрестности, мисс Нортон слушала предположения брата о времени постройки храма, а мисс Хэммонд держала под руку дядю и рассказывала ему о лондонских светских новостях. Пребывание с дядей давало ей возможность держаться подальше от кузена.
Именно здесь мисс Бэрил впервые заметила внимание брата к кузине. Его поведение сначала изумило её, потом заставило внимательно присмотреться к Клэменту. Таким она не видела его никогда. Вскоре она поняла, что её брат неравнодушен с мисс Хэммонд. Это открытие не задело её, скорее удивило, но приглядевшись пристальнее к кузине, она поняла, что чувства брата красавица-Софи отнюдь не поощряет. Но кто бы подумал, что её Клэмент способен влюбиться?
Когда все оказались наверху, отец Доран незаметно присоединился к милорду Лайонелу. Тот, хорошо зная друга, по его лицу заметил, что Патрик чем-то расстроен, но счёл, что они смогут более доверительно переговорить друг с другом позже. Сам же Доран отстранённым и делано небрежным взглядом озирал друзей мистера Стэнтона. Иногда посматривал и на Нортона. Услышанный разговор огорчил, но не удивил, лишь подтвердив его собственные наблюдения. Правда ли то, что сказано о Коркоране? Два содомита в Хэммондсхолле — это, воля ваша, будет несколько чересчур.
Граф рассказывал своим гостям о местных достопримечательностях, о знаменитых пещерах Мендипской гряды, про кости, найденные в пещере Гофа в Чеддерском ущелье. Там же был раскопан и самый древний скелет в королевстве, а в пещере Эвелайнс-Хол обнаружены наскальные рисунки. Некоторые пещеры — например, Вуки-Хол — используются и сейчас: здесь вызревает знаменитый сыр «чеддер». Примечателен и кельтский храм богини Сулис в Бате, позднее его использовали римляне, посвятив Минерве. Кроме того, по всему Сомерсетширу возведено множество кромлехов, один из самых известных — около Стэнтон-Дрю.
Лекцию графа с интересом слушала только мисс Бэрил. Доран видел, что всех остальных местные достопримечательности ничуть не заинтересовали, Софи Хэммонд с тоской глядела на закат, мисс Нортон болтала с братом, джентльмены курили в стороне.
По возвращении в Хэммондсхолл, под вечер, после ужина, милорд Хэммонд и Доран уединились в бильярдной. Доран не стал передавать милорду то, что довелось услышать, но твёрдо сказал, что от мистера Нортона желательно в ближайшие дни избавиться. Почему? Ну, есть непроизносимые слова.
