Доран кинулся к нему и что было силы встряхнул за плечи — ему стало страшно: глаза Кристиана меркли. Тот вздрогнул, опустил голову вниз, потом снова поднял глаза. Он словно проснулся. Несколько минут приходил в себя, потом снова заговорил.
— Теперь вопрос к вам, Бэрил. Всё это я нигде ещё не оглашал. Но вы дороги мне, сестра, и этот весьма веский повод заставил меня сказать правду. Кого из этих двоих господ вы хотите видеть своим мужем?
Глаза мисс Стэнтон были сухи и пусты. Доран поднял глаза на Коркорана. Всмотрелся в лицо снова. Его все-таки одурачила эта глупая девица?
— Between two evils tis not worth choosing1. Я не выйду ни за кого.
Коркоран удовлетворённо кивнул.
— Через неделю я покину Хэммондсхолл, сестра, и мне не хотелось бы оставлять вас без попечения…
Доран вскинул на Коркорана недоумевающие глаза. Черт возьми, что происходит? Он собирается уезжать? Кто же лжёт?
— Я могу дать вам, дорогая кузина, совет предпочесть более достойного человека, чем те, о ком я вам рассказал. Я говорил, что мистер Доран, на мой взгляд, будет вам достаточной опорой. Правда, я хотел бы просить вас не оглашать вашу помолвку до того часа, когда я покину имение, — обронил он так, словно всё уже было решено. — Дело в том, что я вынужден был сообщить мисс Морган, что твёрдо решил жениться на вас, ибо это было единственной возможностью провести последние дни в Хэммондсхолле в покое. Если она узнает, что я солгал…
Доран встал. Нет, он не имел ничего против сказанного Коркораном, тем более что сразу поймал взгляд Бэрил — в нём была недоуменная застенчивость, но не отторжение, вопрос, но не отказ. Он и вправду сватается к ней? — спрашивали эти глаза, и Доран вдруг понял, что ему не откажут. Сердце его зашлось в ликовании. Коркоран походя сделал за него то, чего он сам мучительно боялся, ибо отказ женщины долгие четырнадцать лет был его страданием, страхом и болью. Дыхание его, спёртое и судорожное, выровнялось. Одновременно конец подозрений и сомнений на счёт Кристиана сразу словно очистили его душу от наслоений накипи последнего дня, стало легче дышать и в глазах просветлело. Он и подлинно, стало быть, любил этого человека, если дурное подозрение на его счёт причинило ему
Теперь же ему хотелось только одного — остаться наедине с Бэрил, признаться в том, что скрывать уже почти не было сил. Но Коркоран считал иначе — и не собирался считаться с сентиментальными любовными порывами Дорана. Он предложил сопроводить мисс Бэрил в её апартаменты и известить господ женихов об отказе невесты. После чего хотел обратиться к ним с вопросом, не затянулось ли их пребывание в Хэммондсхолле излишне долго? Они, конечно, гости мистера Стэнтона, он не вправе их выгонять, но физиономии их ему надоели.
Доран поморщился. Они — гости его сиятельства. Коркоран зло блеснул глазами, вонзил ногти в ладони, присутствие мисс Бэрил сковывало его в ответе, и он промолчал. Но Коркоран второй раз лишал мерзавцев того, что было для них наиболее значимым, снова оставив их без гроша, и, вспомнив это, он пришёл от этой мысли в прекрасное расположение духа. Он наслаждался происходящим и торжествовал, и в этом плохо скрываемом ликовании стал сговорчив и покладист, как ягнёнок.
Втроём они поднялись по лестнице в апартаменты мисс Стэнтон и Коркоран, как заметил Доран, со злобным и сладострастным удовольствием сообщил джентльменам, что мисс Бэрил Стэнтон, его кузина, предпочла им другого жениха — мистера Патрика Дорана.
Доран снова бросил осторожный взгляд на мисс Стэнтон, снова не заметил никаких возражений с её стороны, и окончательно возликовал.
Гилберт Морган, расположившийся в креслах напротив Чарльза Кэмпбелла, пил в это время вместе с ним лёгкое белое вино, стоявшее на столе. У него хватило самообладания выслушать новость с достоинством и удалиться. За ним следом — с лицом перекошенным и расстроенным — вышел и мистер Кэмпбелл.
После этого Коркоран счёл наконец возможным оставить Дорана наедине с мисс Бэрил. Они вышли на балкон.
Доран в эти дни в мечтах говорил ей слова любви, но сейчас растерял их. Молол какой-то вздор о том, что долго мечтал о семье и постарается быть ей хорошим мужем, что хотел бы детей… много. Сколько даст Бог. Твердил, что недостоин её ума и души, но сделает все, чтобы она была счастлива.
Удивительно, но мисс Бэрил, особе весьма разумной, кажется, нравился весь этот вздор, и она, поднимая на него глаза, улыбалась. Потом они направились в парк, в ту беседку, где и раньше часто сидели. Говорили — и не могли умолкнуть. Стемнело как-то совсем неожиданно. Издали они заметили, как с болот вернулся Коркоран, возится в своём подвальчике.
_____________________________________
1 Из двух зол выбирать не стоит (англ.)
