– Они вооружены! – воскликнул он.
– Вот именно. Это не торговый корабль. Каковы их намерения, я не знаю, но на всякий случай надо быть наготове. Скажи об этом всем. Да, и позови сюда Гегеля.
– Как скажете, дядюшка, – кивнул Якоб и отправился выполнять поручение.
Тем временем корабли всё быстрее сближались. Майер уже мог разглядеть людей, стоящих на палубе. Это были свирепого вида мужики в шапках, распахнутых кафтанах и пёстрых рубахах. Кто-то с серьгой в ухе, кто-то без руки или глаза. Они были вооружены до зубов всевозможными дубинами, саблями и топорами, а у пары из них даже были пищали. Это были беглые холопы, крестьяне и казаки, объединившиеся в шайку, грабящую корабли. Атаманом, по-видимому, был богатырского сложения мужчина с косматой рыжей бородой, похожей на львиную гриву. Держался он важно и надменно, а взгляд его был грозен. Он о чём-то разговаривал со своими разбойниками и при этом с явным предвкушением будущей резни натачивал свою саблю со звериной мордой на конце ручки.
«Русские корсары!» – понял Майер. – «На рыбу они, может быть, и не позарятся, но самое ценное – меха и жемчуг – они не упустят, если дело дойдёт до абордажа!»
– Прикажите привести корабль и всю команду в готовность отразить нападение, – сказал Майер пришедшему боцману.
– Слушаюсь, – отчеканил Гегель.
– Слушай мою команду! – зычно крикнул он матросам. – Убрать паруса, встать с оружием на правый борт!
Через несколько секунд вся команда уже стояла на правом борту, вооружённая всем тем, что смогли найти на корабле. Якоб сжимал в руках небольшой топор. Его одновременно обуревали страх и тяга к настоящей битве. Атаман закончил точить своё оружие и враждебно посмотрел в сторону «Лебедя». По спине Якоба потёк холодный пот. Все молчали и даже старались не дышать. Напряжение было сильно как никогда. «Пли!» – вдруг крикнул атаман и вскинул вверх свою саблю. В следующее мгновение сразу несколько пушек и пищалей одновременно грянули залпами. Борт разбойничьего судна окрасился дымами. Два ядра пролетели мимо, а третье пробило борт «Лебедя» чуть выше ватерлинии. Майер приказал заткнуть пробоину тюками и мешками с провизией. Разбойничий струг уже подошёл на довольно близкое расстояние, и помощник главаря закричал, сложив ладони рупором:
– Эй вы, индюки заморские! Лучше вам не сопротивляться. Поглядите, кто перед вами стоит – сам грозный атаман Никита Федорович по прозванью Медвежье Ухо. Ещё никому из купцов от него скрыться не удавалось. Так что подавайте нам свои богатства – и куниц, и бобра, и жемчуг, и серебра! Вам же лучше будет!
– Что он кричит? – спросил Майер у лекаря, знавшего русский язык и служившего у них толмачом. Тот почесал бородку и ответил:
– Кажется, они хотят, чтобы вы добровольно отдали им свой ценный груз. Тогда вам будет легче.
– Ну нет! – азартно воскликнул купец, и глаза его заблестели. – Не бывать этому! Друзья, – обратился он к команде, – натягивайте паруса! Полный вперёд! Посмотрим, крепки ли у этих русских пиратов кости!
Якоб подбежал к рулевому и сказал ему:
– Томас, разворачивай корабль!
– Но зачем? – удивился рулевой.
– Мы протараним эту посудину! – выпалил юноша, и Томас увидел в его глазах огоньки азарта.
– Вы шутите?! – опешил Томас.
– Нет! – решительно ответил молодой человек. – Разворачивай «Лебедь», и побыстрее!
«Лебедь» стал медленно разворачиваться на 90 градусов, готовясь, словно стрела, пронзить разбойничий струг.
– Атаман, кажись, они на таран идут! – крикнул жилистый мужчина с чёрной, как смоль, бородой предводителю чудских корсаров.
– Сам вижу, – угрюмо сказал атаман. – А ну-ка, Степан, вороти струг, так чтобы с ними борт о борт встать. И скажи хлопцам, чтобы к нападению готовились.
«Лебедь» всё быстрее и быстрее приближался к стругу. Ещё немного, и он бы разнёс его в щепки, но струг вовремя повернулся, и корабли с грохотом столкнулись бортами. На обоих судах люди попадали на палубу, но шайка Никиты Медвежье Ухо быстро вскочила на ноги и с дикими криками бросились на абордаж. Зазвенели сабли и кинжалы, скрещивающиеся друг с другом в битве. Майеру в противники достался помощник атамана – мужчина невысокий, но быстрый и изворотливый. Лицом и телом он напоминал хорька, даже оскал у него был звериный. Майер загнал его на капитанский мостик, но разбойнику удалось выбить у него меч. Он уже собирался пронзить Майера, но, к счастью, сзади подоспел Якоб и раскроил «хорьку» голову своим топором.
– Как ты вовремя оказался рядом, сынок! Спасибо тебе, – с чувством проговорил Майер, пожимая племяннику руку. – А теперь добьем остальных!
И они ринулись вниз.
Гегель, забыв о своём зубе, выскочил на палубу, где уже вовсю кипела битва, вооружённый двумя ножами с костяными ручками. Ловко примерившись, он нацелился в разбойника, дравшегося возле мачты с рулевым, хорошенько размахнулся… и оба ножа пригвоздили рукава негодяя к мачте.
