Медвежье Ухо не зря точил свою саблю. Он управлялся с ней ловко и быстро, сея смерть направо и налево. Прикончив очередного противника, он нос к носу столкнулся с Якобом. Завязалась схватка. Якоб умело парировал удары, хоть с топором это было делать не легко. По красному, запыхавшемуся лицу предводителя катился пот. Он злился оттого, что не мог, наконец, прикончить назойливого противника, и поэтому вкладывал в каждый удар всё больше силы.
В этой суматохе никто не заметил лазутчика Матиа. Подобно крысе, покидающей корабль, которому предстоит утонуть, он прокрался на заднюю часть борта, прыгнул в шлюпку, уже покачивавшуюся на воде (ее заранее опустил кто-то из команды) и поплыл, налегая на вёсла, в юго-восточном направлении, подальше от злополучного корабля.
Меж тем на корабле схватка была в самом разгаре. Петер ван Гегель, вытирая со лба пот, решил применить военную хитрость.
– Ребята! – скомандовал он двум своим помощникам, – быстро вниз! Тащите мешки с сухарями, все, кроме одного! Скорее!
Те скрылись в трюме и вернулись с двумя мешками провизии. Гегель велел тащить их на левую часть палубы, затем вышел и сам. Он откашлялся и крикнул, чтобы привлечь внимание грабителей:
– Эй, ненасытные крысы! Вот сокровища, которые мы вручаем реке! Смотрите!
Он дал знак, и оба помощника подняли мешки над головой и бросили их за борт. Раздался громкий плеск. Никита Медвежье Ухо, только что наносивший удары своему неприятелю, остановился. Его рука на мгновение застыла в воздухе, а затем он, выпучив глаза, бросился к борту, перемахнул через него и прыгнул в воду. Его дружки, с такими же ошалевшими лицами, бросились за ним. Они ныряли с головой, пытаясь схватить, как они думали, драгоценный груз. А тем временем Томас встал у руля и медленно начал уходить от места стычки.
Разбойники, вынырнувшие на поверхность, разразились дьявольской руганью, поняв, что их обвели вокруг пальца. Некоторые подплыли к кораблю, пытаясь забраться по сходням, но тут же получали от храбрых немцев по башке. «Лебедь» уходил всё дальше и дальше, и грабителям поневоле пришлось отстать. Ликующие члены команды хлопали друг друга по плечам и вытирали со лбов пот.
– Уф, долго же они будут помнить эту схватку! – сказал Майер, лицо которого так и сияло. – Кстати, – прибавил он, обращаясь к рулевому, – а где же Матиа?
– Не знаю, – растерянно покачал головой тот и посмотрел на своих напарников.
Те так же неопределённо переглянулись и пожали плечами.
– Наверное, его убили в бою, а тело кинули за борт, – несмело предположил Томас.
– Тогда мир праху его! – склонил голову купец и повернулся к боцману. – А ты нынче у нас – герой! Если бы не твои ребята, нас бы всех перерезали, как пить дать! Интересно, а что было в тех мешках, которые они выкинули за борт?
– Провизия, господин Майер! – гаркнул один из помощников.
– Черствые сухари! – пояснил другой.
– Что-что?! – Майер строго глянул на боцмана. – Это что за самовольство?!
– Виноват, хозяин! – отчеканил Петер, вытянув руки по швам.
– Разве я давал тебе разрешение на это?! – Майер готов был схватить его за грудки, но вспомнил о его геройском поступке и остыл. – Ладно, на первый раз прощаю тебя, но при первой же нехватке провизии это тебе зачтётся!
В Ругодиве команда Майера пересела на корабль «Рысь», который вышел в Балтийское море. Погода была ясная и безмятежная. Над волнами носились черноголовые чайки. Настроение у всей команды было приподнятое. Даже Петер ван Гегель заметно приободрился и постепенно забыл о той страшной тайне, которая покрывала селедку, лежащую в трюме.
На десятый день Якоб заметил вдалеке на горизонте город. Это была их вожделенная цель – Рига, важный торговый порт Ливонии.
– Дядя! Взгляните! – радостно воскликнул юноша.
– Слава Богу! – сказал Майер. – Значит, скоро мы бросим якорь.
Приближаясь к берегу, они заметили у пристани несколько человек в черных кафтанах судейских и черных же перчатках. Когда корабль причалил к пристани, высокий старик первым взошёл на корабль.
– Чему обязан, господа? – любезно спросил Майер.
– Судебный пристав Руперт Эриксон, – надтреснутым голосом объявил старик и поклонился. – В целях предотвращения нежелательных действий против закона я должен осмотреть ваш корабль.
– Дядя, зачем же…? – попробовал выразить протест Якоб, но рука Майера властно легла ему на плечо.
Остальные приставы так же чинно взошли на корму.
– Как ваше имя, сударь, и откуда вы? – строго спросил один из них.
– Иероним Майер, купец из Пруссии. Сейчас мы держим путь из Псковских земель.
– Что вы везете, любезнейший? – спросил другой.
– Рыбу для продажи в вашем городе и некоторые дорогие вещи для моего бургомистра. Если желаете, я сам провожу вас в трюм, где хранится груз.
Господин Эриксон и остальные чиновники прошествовали за купцом вниз. Они придирчиво осмотрели все тюки, мешки и корзины, заглянули в бочки и перерыли всю селедку. Гегель, стоявший в сторонке, бурчал себе под нос: «Вот ведь наглые конторские крысы! Не оставят нас в покое… Черт бы их побрал!».
