— Я обещал твоему отцу оберегать тебя, а еще я дал слово самому себе, что изведу всех этих тварей. Получается, ни одного своего слова я так до конца и не сдержал, — тоскливо сказал Амарок.
— Ты всегда был и останешься для меня человеком слова, — сказал я и услышал плач нашего медика. Не выдержала и дала волю чувствам. Действовать следовало немедленно. Если промедлю еще немного, дам слабину и сделаю жертву Амарока напрасной.
— Огонь! — взревел я, и шестьдесят восемь орудий разных калибров ударили в одну-единственную точку. От взрывной волны, даже нас внутри Волота тряхнуло.
Альп постарался заблокировать огонь волосяным щитом, но ракеты прорубали его, как нож масло. Образовалась воронка огромных размеров, и мы все услышали рев раненого монстра. Благо боезапаса хватало.
— Еще! — со сталью в голосе сказал я, и мои орудия били по высшему альпу снова и снова.
Сложно сказать, когда именно он издох. Наверное, значительную часть времени Дарганелл стрелял уже по трупу.
Все были полностью заняты стрельбой и никто не заметил как одинокая слеза скатилась по моей щеке. Я не спешил ее утереть, ибо богу войны не стыдно плакать, когда сгорает один из его херувимов.
Мой рассказ подошел к концу, и я ждал от Кармиллы какой-то реакции.
Но, кажется, она не знала, как реагировать. Только накручивала прядь на палец и распускала. Снова и снова. А потом резко перестала это делать. Видимо, пришла к какому-то решению.
— Так значит, вот кто сделал Велону вдовой, — проговорила она голосом спокойным и холодным, как вечные льды на полюсах.
— Не могу сказать, что сожалею.
Снова оба замолчали.
Кармилла смотрела выжидаючи. Так смотрят коты друг на друга. Глаза в глаза, носы почти касаются друг друга перед тем, как два пушистым комка кинуться в атаку, и полетят клочья шерсти.
— Ты же знаешь, что совершил величайшее преступление против моего народа. Высшие альпы — это капли крови, пролитые кровавым богом на землю.
— Не продолжай. Столько лет живешь, а веришь в эту ерунду?
— Я альпа. Другой веры у меня быть не может, — тон Кармиллы стал более резким.
— Ты альпа наполовину, и вторая часть тебя дает куда больше пространства для маневра.
— Да неужели⁈ Люди не делают особой разницы между высшим альпом, чистокровным или полукровкой. Вы всех уничтожаете!
— Интересно, почему так? Может потому что если вас не истребить, вы бы весь мир превратили в собственный инкубатор? Вы даже нейрочипы — технологию, которая должна ставить на ноги паралитиков, извратили так, чтобы она давала вам власть над мертвецами.
— Ха! Вообще-то мы ничего не извращали! Это наша технология, а люди просто украли ее! Вы берете все, что посчитаете удобным для себя.
Ее заявление немного потрясло меня. Самую чуточку. Ведь схожие чипы используются для контроля над бионическими конечностями, а мне однажды понадобится такую себе сделать.
Тон разговора становился все выше, и я решил взять паузу, дабы Кармилла немного остыла. Однако вампирша оказалась настроена слишком решительно.
— Кармилла, я велел тебе убрать волосы, — сказал я, наблюдая как ее белоснежные пряди становятся все длиннее. Одна такая, словно змейка, охватила молнию кожаного топа и потянула вниз, обнажая идеальные формы. Лифчика мулатка не носила.
Не опустить глаза было сложно, но я сдержался.
— Тут становится слишком жарко, я немного разденусь с твоего позволения.
— Застегнись обратно.
— Я, пожалуй, наоборот, разденусь еще больше, — молния с характерным звуком опустилась вниз. Грудь девушки буквально выпрыгнула наружу, но я сдержался.
— Я капитан Волота. Со мной такие приемы не пройдут.
— Знаю, знаю. Бог войны собственной персоной, — елейно пропела кровососка. — На самом деле все вы мужики одинаковые. Знаешь, сколько парней я убила этим приемом? Уже и не сосчитать. Ну давай же, опусти глаза. Посмотри, как капельки пота стекают по моим округлостям. И представь, что это я так завелась из-за тебя. Представь, как мнешь… а можешь и правда помять, не возражаю.
— Ты принесла клятву, — напомнил я.
— Долг крови перевешивает слово. Бог снимет с меня клятву, которую я по незнанию дала убийце высшего, потому что отомстить важнее.
Молния совсем разъехалась, обнажая всю молочно-шоколадную кожу до пупка с сережкой. Но осознав, что я не поддамся на провокацию, Кармилла напала без дальнейших разговоров.
Одна ее прядь устремилась ко мне, словно змея. Я отразил удар вовремя активированным секачом. Дзынь! Словно рыцарские мечи на турнире столкнулись. Следующая атака последовала столь же стремительно. И я не успевал отразить ее секачом. Вместо этого я инстинктивно подставил правую руку.
Волосы обвились вокруг моей ладони, словно плеть. Больно, но пореза не последовало, и тем более руку мне не отрубило. Такой исход шокировал нас обоих, но я сообразил быстрее.
Дернув волосы, так удачно оказавшиеся в моей руке, заставил Кармиллу потерять равновесие и сделать ко мне несколько шагов по инерции. Через миг я ощутил, как ее грудь касается моей, а она почувствовала холод секача на своей шее.
Вампирша тяжело и яростно дышала.
