Мгновенье спустя пушистая волна схлынула, и звери оставили' Хэппи сидеть посреди комнаты. На его шее виднелся электроошейник. Хэппи поднялся на ноги. Кот с отвлеченным видом разглядывал свои лапы, рядом с ним лежал пульт.
– Ну, Хэппи, почувствуй себя в шкуре Оди, – морда Гарфилда расплылась в ухмылке, и он нажал когтем кнопку.
– Посмотри вокруг, – продолжил Гарфилд. – Нас миллионы. Для тебя мы всего лишь животные, но у нас тоже есть чувства. – Кот явно садился на своего любимого конька и, тряся лапой, вновь обратился к обезумевшему Хэппи: – Нам, как и вам, нужны любовь и дружба. Мы живем с вами под одной крышей. Мы гуляем с вами, приносим вам газеты и играем с вашими детьми
Звери одобрительно загудели.
– Нас же не зря называют царством животных, – продолжал Гарфилд. – Никогда не забывайте, что когда-то мы правили на этой планете и с большой вероятностью будем править здесь снова! – Звери с радостью поддержали Гарфилда. Кот заметил, что голоса крыс звучали громче остальных, и добавил: – Тысячи лет назад развитые цивилизации поклонялись кошкам. Нам всем не мешало бы об этом помнить, – Гарфилд встал в полный рост и пристально посмотрел на крыс.
– Хочешь добавить что-нибудь, Оди? – спросил кот, обращаясь к своему благодарному другу.
Пес подбежал к Гарфилду, поднял его лапу и резко шлепнул ей по пульту, мило улыбаясь Хэппи.
– Да, мой маленький друг, это лучше всяких слов, – Гарфилд и Оди радостно пустились в пляс, как в старые добрые времена.
– Это за то, что вы украли мою собаку! – через багажную комнату стремительно шел Джон, Лиз была рядом с ним.
Бум! Джон врезал Хэппи прямо в нос. Чэпмен покачнулся, и пока тот не очухался, Джон снова ударил его:
– А это за то, что украли моего кота!
Нокаутированный Хэппи повалился на пол. Лиз радостно воскликнула:
– Будет знать, как воровать животных!
Джон опустился на одно колено, широко расставил руки и подозвал своих питомцев, которых он с таким трудом нашел.
Пес прыгнул на руки Джону и начал тщательно облизывать его лицо. Парень засмеялся, прижался к Оди щекой и почесал пса за ухом. Они не могли нарадоваться друг другу.
У Джона, голова шла кругом от счастья:
– Я так за вас волновался, ребята. Я так скучал по вам обоим. Я понял, как сильно люблю вас, сколько радости вы мне приносите. – Он обнял Оди и посмотрел на Гарфилда: – Я рад иметь такого друга, как ты. И я больше никогда не хочу упускать тебя из вида.
Джон протянул руку, приглашая кота присоединиться к ним.
Гарфилд тут же прыгнул Джону на руки и начал тереться мордой о его грудь.
Лиз Уилсон, доктор ветеринарии, с умилением смотрела на эту сцену, прижав руки к груди. Если где-нибудь на свете и был мужчина лучше, чем Джон Арбакл, она точно его не встречала.
А в это время в маленьком уютном загородном районе, там, где теснились крохотные аккуратные домики, кошка с серебристой лоснящейся шерстью и чрезмерно самодовольный сиамский кот смотрели телевизор, сидя на подоконнике у открытого окна.
– Это Уолтер Д. Чэпмен. И мы представляем вашему вниманию репортаж с западного побережья. Передает Эбби Шилдс.
Высокая женщина с красивыми волосами с микрофоном в руках стояла у железнодорожного вокзала, у входа в который толпились люди:
– Спасибо, Уолтер Д. Мы находимся на железнодорожном вокзале, где несколько минут назад с нью-йоркским экспрессом произошло нечто непонятное. Один из пассажиров, очевидно, душевнобольной, устроил в вагоне-ресторане настоящую истерику. По непроверенным данным, это как-то связано с собакой и одним отважным котом.
Камера переключилась с журналистки на улыбающихся Джона и Лиз, которые несли на руках Гарфилда и Оди. Хэппи Чэпмена, закованного в наручники, уводили полицейские. Ведущий тоже широко улыбался, но его глаза были безумны, а речь – бессмысленна.
– Их были сотни! Крысы, кошки и собаки! Они объединились против меня, вы слышите меня? Уэнделл! Уэнделл!!!
Забыв, что он в эфире, что случалось крайне редко, Уолтер Д. Чэпмен выпалил в нагрудный микрофон:
– Боже правый! Это же мой идиотский братец!
А Хэппи в это время вырывался из рук полицейских.
– АПЧХИ! – чихнул Хэппи, забрызгав объектив камеры.
– Гарфилд все-таки спас Оди, – произнес Нермал, чуть приподнимаясь на подоконнике.
Сердце Арлин учащенно забилось в груди, и кошка заурчала:
– Я знала, что в нем что-то есть. Думаю, он заслужил пирога.
