– У меня дочь страдает зависимостью… Точнее, страдала. Несколько месяцев назад она умерла. Я переехала сюда. Трудно пускать корни на новом месте. Вы это знаете не хуже меня.
– Наверное, это не просто совпадение. Я про нашу встречу, – сказала Мардж. – Двое встречаются вот так. И все из-за какого-то енота.
– Может, это совпа-Божие, – улыбнулась Джейн.
– Какое странное слово.
– Я его услышала от женщины, которая вела наши встречи. Когда происходило что-то странное, необъяснимое, я говорила, что меня это пугает. А она всегда поправляла меня, называя случившееся духовным знаком. «Джейн, не бывает никаких совпадений, – говорила она. – Это наши встречи с Богом. Совпа-Божие».
Мардж засмеялась. Потом они обе замолчали. Каждая погрузилась в свои мысли. Говорить вроде было уже и не о чем. Мардж осторожно забрала у Джейн задремавшего Лютика.
– Ему пора лекарство принимать. Так что не удивляйтесь, если он будет тявкать громче обычного.
Джейн открыла дверь, чтобы выпустить соседку. И вдруг ей пришла мысль:
– А знаете, в секторе, где я работаю, есть клуб местного отделения «Ал-Анон». Он так и называется – «Алано». Я думала побывать у них на встрече. Не составите мне компанию? Мы могли бы туда отправиться прямо завтра.
Мардж молчала. «Не перегнула ли я палку?» – подумала Джейн. Она смотрела, как соседка открыла дверь своей квартиры, заглянула в темную, пыльную прихожую, где ее никто не ждал, кроме одиночества. Потом еще раз посмотрела на Лютика.
– Замечательная мысль, – ответила Мардж.
– Вы сегодня не работаете? – спросила Мардж, пристегиваясь ремнем безопасности.
– Сегодня у меня выходной, – ответила Джейн. Машина покинула двор и вывернула на улицу. – А вот завтра у меня первая ночная смена. Точнее, первая, когда я буду работать одна.
– Вечер пятницы, да еще центр города. Тут всякое бывает.
– Да, но я хотя бы обзавелась жилеткой.
– Какой еще жилеткой?
– Это наш парковочный сленг, – соврала Джейн, не желая объяснять.
Остаток пути до клуба «Алано» они ехали молча. Там Джейн поставила машину на парковку и кредитной карточкой оплатила время стоянки.
– У вас что, даже парковочных льгот нет? – удивилась Мардж.
– Нет. Я обязана оплачивать парковку наравне со всеми.
– Мне стыдно, что я тогда посмеялась над вами.
– Это когда?
– В одно из воскресений. Я сидела на балконе. Вы мне язык показали.
– Мне тоже стыдно за этот язык.
– Я тут думала: почему меня так злит шум? Потом поняла: я просто тоскую по своему дому. Боже, как там было тихо. А в этих многоквартирных домах стены тонюсенькие, словно бумага… Может, дело даже не в шуме. Не знаю. Наверное, я потому и злюсь на весь мир, что тоскую по Робу.
Расплатившись за стоянку, Джейн увидела, что Мардж стоит, опустив глаза в землю. Может, ей расхотелось идти в клуб? Возле дверей «Алано» несколько мужчин попыхивали сигаретами, болтая между собой.
– Вам тяжело туда идти? – спросила Джейн. – Тогда пойдемте в другое место. Выпьем кофе. Или полакомимся мороженым.
Мардж подняла голову. В глазах блестели слезы.
– Нет, я должна туда пойти. Мне трудно не из-за того, о чем вы подумали. Мой Роб был хорошим человеком. Он не пил уже много лет. И доконало его сердце, а не выпивка. Просто на эти встречи мы всегда ходили вместе. Вот и все. Но мне нужно себя преодолеть.
Джейн взяла Мардж за руку, и они пошли к входу в клуб. Курившие мужчины предупредительно расступились и отвели руки с дымящими сигаретами. Один из них поздоровался с новенькими. Остальные ограничились кивками.
Вестибюль был увешан высказываниями о пользе трезвости, каждое – в аккуратной рамке. Пройдя по коридорчику, Джейн и Мардж увидели открытую дверь комнаты. Встреча уже началась. Женщины тихо вошли и сели на пустые металлические стулья. Стулья были расставлены по кругу, чтобы каждый участник видел остальных. В комнате собралось человек двадцать. Рассказчик подождал, пока новенькие сядут, и продолжил говорить:
– Мы часто слышим: эти встречи везде одинаковы, в каком бы городе и штате вы ни находились. Но я все-таки привык к техасским встречам. Вопреки утверждениям они сильно отличаются от встреч, скажем, в Мэриленде. Вчера я сидел в салуне «Последний шанс». Встреча началась в семь утра, еще до открытия бара. И вдруг входит парень… В общем, и не совсем чтобы парень, и не совсем чтобы женщина. Словом, входит этот «унисекс», изрядно пьяненький, и с ним – целое облако перегара. А сумочка у этого создания была женская. И вдруг создание роняет сумочку, та падает, и из сумочки вываливается… Вы ни за что не угадаете, что оттуда вывалилось.
– Вибратор, – в шутку предположил кто-то.
– Почему вибратор? – удивились напротив. – Вы когда-нибудь роняли вибратор?
Седовласый джентльмен, сидевший рядом с рассказчиком, слегка пихнул его локтем:
– Попрошу без скабрезностей, Джон.
Джейн и Мардж переглянулись, только сейчас обнаружив, что они единственные женщины на этом собрании. Обе подумали, что пришли явно не туда.
Рассказчик продолжал:
