Что удивило больше всего — хотелось отвечать ему честно, не утаивая ничего. Он тоже не скрывал правду: знал почти всё о моей новой жизни, задавал уточняющие вопросы, ответы на которые ему наверняка и так были известны.
Он также видел, как я смог защититься от воздействия херувима, чтобы тот не переписал мою память. Это обнадёживало: возможно, нас действительно не станут обвинять понапрасну.
Я поглядывал на Мелию. Она выглядела нормально, но её выражение лица менялось почти каждую секунду, словно ей рассказывали всю правду мира. Также заметил, как она едва заметно кивнула — возможно, соглашаясь с тем, что говорил ей престол. Возможно, тот очистил её память, убрав всё, что оставил после себя херувим.
Когда престол попросил убрать руку и вернуться на место, я подчинился. Мелия же всё ещё стояла, не отпуская подлокотник. Стало любопытно — о чём они продолжают говорить?
Наконец и она отошла, заняв место за трибуной.
Наступила тишина.
— Престолы, вам слово, — произнёс судья спустя минуту, предварительно сделав ещё одну запись в книге.
Я почему-то ожидал, что престолы останутся тронами. Но ошибся.
Почти одновременно их силуэты начали искажаться — пространство будто выворачивало их изнутри.
И уже через несколько секунд перед нами предстали два ангела с золотыми крыльями в тон длинным волосам. Оба были облачены в сверкающие доспехи — тоже золотые. В их внешности было что-то строгое, почти пугающее. Но оружия я у них не заметил.
— Данной мне Богом властью, соблюдая закон и порядок, а также во имя справедливости, человек Гарри приговаривается… — прозвучал звонкий голос того престола, который общался со мной.
Приговор оказался совсем не страшным: мне предстояло принять участие в строительстве нового острова — не более. Что-то вроде исправительных работ.
Обвинение же было лишь одно — нарушение границы. Даже тот пинок никто не учёл. И это очень, очень хорошо.
Затем второй престол зачитал приговор Мелии. К моему удивлению, он ничем не отличался от моего.
Такое странное проявление мягкости со стороны ангелов вызывало подозрение. Подвох? Может, строительство острова займёт десятки лет? Ну, тогда это многое объяснит.
Всё время, пока оба престола зачитывали меру наказания, судья продолжал что-то записывать, иногда вполголоса обращаясь к помощнику. Странно, что он сам вёл записи. Зачем вообще нужен помощник? Или наш случай действительно особый, раз судья решил взять всё под личный контроль?
Но почему престолы не сказали ни слова о том, что херувимы намеренно подменяли память? Неужели им это сойдёт с рук?
— Это ещё не всё, господин судья, — внезапно заговорил один из престолов.
— Я знаю, — кивнул тот. — Мы займёмся ими позже.
Я не удержался от улыбки, видя, как вытянулись лица святых клинков. Они явно не ожидали, что Белый Суд решит выступить против своих. Видимо, не всё тут прогнило.
— Они лгут вам! — выкрикнул один из клинков, резко поднявшись с места.
Другой лишь покачал головой, как бы говоря: «Ты усугубляешь».
— Сядь, — тихо, но с явной угрозой в голосе произнёс помощник судьи. Он находился как раз рядом с тем клинком.
— У них же метки! Запретные! Они заслуживают высшей меры наказания! — не унимался тот.
Судья, выглядевший до этого усталым и сдержанным, вдруг резко изменился, и его усиленный магией голос разнёсся по всей площадке:
— Да как ты смеешь оспаривать решение Белого Суда⁈ Немедленно взять под стражу его и всех причастных!
Клинки переглянулись и метнулись в воздух, пытаясь сбежать. Но безуспешно.
Престолы, будучи всё ещё в облике ангелов, выпустили в них золотистые лучи. Те сработали как магнит — и клинки с глухим ударом рухнули на каменные плиты, а в следующую секунду оказались скованными кольцами сдержанности.
Та же участь постигла и херувимов. Они тоже попытались сбежать, но их сбили и обездвижили.
В итоге на площадке лежали четверо, и вполне возможно, все они были заодно.
— Уберите их отсюда! Устроили здесь бардак! — раздражённо бросил судья.
Помощник судьи встал и, не теряя времени, занялся задержанными.
Вскоре тех увели под изумлённые взгляды толпы. Похоже, такого здесь ещё не случалось. Но сам судья выглядел хоть и раздражённым, но явно подготовленным ко всему.
Он подождал, когда помощник вернётся, и продолжил:
— Человек Гарри и демоница Мелистерия, подойдите и поставьте подписи, что не оспариваете решение Белого Суда. После этого с вас снимут кольца сдержанности. Но учтите, где вы находитесь и кто вокруг вас. Любая попытка причинить вред кому-либо будет караться по высшей мере.
Очевидно, имелась в виду смертная казнь. Впрочем, нас это не пугало — ни я, ни Мелия не собирались тут ни с кем враждовать.
Мы подошли, подписали нужное — и кольца действительно исчезли.
— Господин судья, теперь-то нас выслушают? Мы ведь прибыли сюда не для того, чтобы побывать на суде, — попытался я слегка улыбнуться, разрядить обстановку.
Помощник судьи незаметно усмехнулся, а вот сам судья остался таким же неподвижным и каменным.
