Продолжая стоять на своём, он спокойно ответил:
— Если бы я этого не сделал, то Джинни Уизли — одиннадцатилетняя девочка — погибла бы, а молодая версия Волдеморта восстала бы из мёртвых. Он, скорее всего, напал бы на школу и поубивал бы здесь всех маглорождённых. Наверняка в этот список угодил бы и я. Не собираюсь извиняться за то, что спас жизни людей.
Пытаясь успокоиться, женщина глубоко вздохнула.
— Я понимаю, что у тебя не хватало времени звать кого-то ещё. Ты поступил правильно, но тебя просто могли убить. Обещай мне, что больше так не сделаешь.
— Обещаю, что больше не пойду за одержимой Джинни Уизли в Тайную Комнату, — заявил мальчик, нахально ухмыляясь.
— Обещай, что никогда не будешь нарочно влезать в неприятности, — попросила Синди, скорчив сыну гримаску.
Гарри вздохнул. Он знал, что никогда не сможет обхитрить маму.
— Я не могу этого обещать. — Его мать открыла рот, собираясь возразить, но мальчик её опередил: — Обещаю: если будет возможность, позову на помощь. Однако тогда у меня не было времени. Это был наш единственный шанс. Я рискнул, и не жалею об этом.
— Интересно, может, это гены Поттеров? — вздохнула Синди. — Тётя Минни говорила, что существует пророчество о тебе и Волдеморте.
— Очень сомневаюсь. Если только оно не звучит, как «Тёмный Лорд не оставит Гарри Поттера в покое, пока один из них не убьёт другого». Тогда я буду считать это совпадением.
Его мама хихикнула.
— Наверно, нет.
— Тогда у нас всё в шоколаде, — решил мальчик. — Или я чего-то не знаю?
— Нет. Пожалуйста, до конца года будь осторожен.
— Хорошо, — согласился Гарри. — Пока.
— Я тебя люблю, — сказала Синди.
— Ятожетебялюблю, — пробормотал сын и «выключил» зеркало.
Только он успел положить зеркало в карман, как дверь в хижину открылась: на пороге стоял последний человек, которого мальчик сейчас ожидал увидеть — закутанная в платки женщина в огромных очках, из-за которых её глаза казались неестественно большими. По комнате тут же поплыл слабый запах кулинарного хереса. Гарри знал, кто она такая, но не успел открыть рот, как гостья, изобразив на лице отсутствующее выражение, сосредоточила взгляд на нём.
— Мой дорогой мальчик, внутренний глаз сказал мне, что ты собираешься сделать серьёзную ошибку. Он показал мне, что ты можешь видеть, но даёшь своему дару пропасть зря. — Она театрально вздохнула, приложив ладонь ко лбу. — Я вижу, кто-то из твоей семьи заставил тебя отвернуться от благородного искусства, но ты должен смотреть за пределы их предубеждений и понимать — она сомневается только потому, что завидует твоему дару, который тебе вручила судьба, и желает, чтобы твоя душа стала такой же сухой и увядшей, как у неё.
Гарри не знал, смеяться или обижаться на оскорбление, которое Трелони нанесла его тёте. А вместо этого решил ударить правдой-маткой.
— Другими словами, профессор ЛаВелле сообщила вам, что считает, будто у меня есть дар. А вы пытаетесь убедить меня записаться на Прорицания. — Решив, что стоит выглядеть подружелюбнее, мальчик добавил: — Кстати, приятно с Вами познакомиться, профессор Трелони.
Он встал и протянул руку. Профессор нервно её пожала обеими своими и продолжила:
— Дорогой мальчик, ты предвидел, что ты и твои близкие будут в огромной опасности. Но не получил предупреждения, потому что не умел правильно направлять свой внутренний глаз. Я же просто предлагаю свои услуги, чтобы в следующем году научить тебя благородному искусству прорицания. — Будто оценивая, женщина присмотрелась к нему повнимательней. — Твоя аура пульсирует. Тебе нужно научиться использовать свой великий дар. С подобающими наставлениями ты сможешь стать почти таким же великим провидцем, как я.
Изо всех сил пытаясь не ухмыльнуться, Гарри самым серьёзным тоном поинтересовался:
— Но вы ведь предвидели, что я не возьму ваш курс, не так ли?
— Твоё будущее неясно, — Трелони пошла на попятную. — У тебя ещё есть время, чтобы избежать ужасной ошибки. Я оставлю тебя созерцать твоё будущее, дорогой мальчик. — С этими словами она развернулась и вышла. Гарри встал, посмотрел в окно, и, как только профессор Прорицаний отошла подальше, от всей души расхохотался. Он не мог дождаться, когда расскажет об этой встрече друзьям.
* * *
Друзей и его семью попытка Трелони уговорить Гарри записаться на её курс очень повеселила. И это несмотря на то, что когда рассказ услышала Гермиона, она разочаровалась в предмете или, как минимум, в профессоре.
— Она действительно притворилась, что предвидела, будто у тебя есть дар? — спросила девочка.
— Именно. И ни за что бы не призналась, что её просветила ЛаВелле. А ещё твердила, что если я не возьму её предмет, то совершу ужасную ошибку.
— Может, и мне не стоит записываться на Прорицания? — пробормотала подруга.
— Уж я-то точно не стану. И если бы собирался раньше (а это не так), сейчас бы точно передумал. Ведь она давила бы на меня больше всех, потому что у меня есть дар. — Гарри на мгновение замолк. — Погоди-ка. Ты и в самом деле собиралась записаться на этот курс?
— Да, — ответила девочка. — Я собиралась записаться на все новые предметы.
