Гарри Поттер и проклятое дитя полностью

ДЕЛЬФИ: Мы не выбираем своих родственников. Амос не только мой пациент, он мой дядя и одна из причин, по которым я работаю в Верхнем Флэгли. Но это все только усложняет. Трудно жить с людьми, которые застряли в прошлом, не так ли?

АМОС: Дельфи!

АЛЬБУС: Верхний Флэгли?

ДЕЛЬФИ: Дом святого Освальда для старых ведьм и волшебников. Если хочешь, приходи к нам как-нибудь.

АМОС: ДЕЛЬФИ!

Она улыбается и затем вприпрыжку спускается по лестнице. Она исчезает в комнате с Амосом и Гарри входит следом. Альбус наблюдает за ней.

ДЕЛЬФИ: Да, дядя?

АМОС: Познакомься с когда-то великим Гарри Поттером, который, работая в Министерстве, стал холоден как камень. Я оставлю вас в покое, сэр. Если покой — это подходящее слово. Дельфи, мое кресло…

ДЕЛЬФИ: Да, дядя.

Амоса на кресле выкатывают из комнаты. Гарри остается стоять на месте с несчастным видом. Альбус, глубоко задумавшись, наблюдает за ними.

Альбус сидит на кровати, в то время как в остальном доме суматоха. Вокруг все бешено мелькает. Мы слышим рычание Джеймса…

ДЖИННИ: Джеймс, пожалуйста, не обращай внимание на свои волосы и уберись уже в этой чертовой комнате…

ДЖЕЙМС: Как я могу не обращать внимание? Они розовые! Мне придется использовать мою мантию-неведимку.

Джеймс появляется в дверях, и у него розовые волосы.

ДЖИННИ: Не для этого отец дал тебе эту мантию!

ЛИЛИ: Кто-нибудь видел мой учебник по Зельеварению?

ДЖИННИ: Лили Поттер, даже не вздумай надеть это завтра в школу…

Лили появляется в дверях Альбуса. На ней порхающие крылья феи.

ЛИЛИ: Я люблю их. Они порхают.

Она удаляется, и в дверях Альбуса появляется Гарри. Он оглядывает комнату.

ГАРРИ: Привет.

Неловкая пауза между ними. Джинни появляется в дверях. Она видит, что происходит, и остается на мгновение.

Просто доставляю подарок — подарки — перед отправлением в Хогвартс. Рон прислал это…

АЛЬБУС: Ясно, любовное зелье. Все понятно.

ГАРРИ: Думаю, он хотел подшутить. Не знаю почему, но Лили достались пукающие гномы, а Джеймсу расческа, окрасившая его волосы в розовый цвет. Рон… ну вы же знаете Рона.

Гарри кладет любовное зелье на кровать Альбуса.

Я тоже. Это от меня…

Он достает маленькое одеяльце. Джинни смотрит на это. Она видит старания Гарри и затем тихо уходит.

АЛЬБУС: Старое одеяльце?

ГАРРИ: Я долго думал, что подарить тебе в этом году. Джеймс твердил о мантии-невидимке, кажется, с начала времен, а Лили — я знал, что ей понравятся крылья, но вот ты. Тебе сейчас четырнадцать лет, Альбус, и я хотел дать тебе то, что что-то значит. Это… последняя вещь, оставшаяся от моей мамы. Единственная вещь. В нем меня оставили Дурслям. Я думал, что оно утеряно навсегда, но когда твоя двоюродная бабушка Петунья умерла, Дадли неожиданно нашел его, спрятанным в ее вещах, и любезно отправил мне. И с тех пор, ну, каждый раз, когда я нуждался в удаче, я находил его и просто старался подержать. И я подумал, что, если бы ты…

АЛЬБУС: Тоже хотел его подержать? Ладно. Сделано. Будем надеяться оно принесет мне удачу. Она и вправду мне нужна.

Он дотрагивается до одеяльца.

Но ты должен оставить его у себя.

ГАРРИ: Думаю… уверен, что Петунья хотела отдать его мне, поэтому и хранила одеяло. А теперь я хочу подарить его тебе. Я никогда по-настоящему не знал своей матери, но думаю, она была бы не против, если бы одеяло было у тебя. Может, затем в канун Дня всех святых я мог бы приехать к тебе. Я бы хотел быть рядом с ним в ночь их смерти. К тому же это могло бы пойти на пользу нам обоим…

АЛЬБУС: Слушай, мне нужно упаковать еще много вещей, а у тебя несомненно по уши работы из Министерства, так что…

ГАРРИ: Альбус, я хочу, чтобы ты оставил одеяльце у себя.

АЛЬБУС: И что мне с ним делать? У волшебных крыльев есть смысл, папа, мантия-невидимка тоже имеет смысл, но это, ты серьезно?

Это разбивает сердце Гарри. Он смотрит на своего сына, отчаянно пытаясь достучаться до него.