— Не знаю, Гарри, наверняка немало. Он ведь был...то есть... сейчас очень одинок. Нам нужно постараться сделать его частью своих жизней; раз уж он твоя семья, то теперь и моя тоже.
— Да, и ещё одно, что нам нужно сделать. Нам нужно найти Питера, — подумал Гарри. — Если мы спасём Сириуса, но он так и не получит свободу, это может быть даже похуже его смерти.
— Ну, когда мы были в особняке Малфоев, Питер как раз был там, — начала рассуждать Гермиона (Гарри и Рон, естественно, рассказали ей о произошедшем в подвале и о гибели Питера). — Поскольку мы теперь знаем, что профессору Снеггу доверять можно, профессор Дамблдор может уговорить его сказать нам, где Петтигрю прячется. И тогда мы сможем заманить его в какую-нибудь ловушку.
— А ведь он наверняка уже знает, где сейчас Хвост, — мысленно воскликнул Гарри. — Почему же Дамблдор сам не попытался его поймать?
40/821
Эта мысль заставила его вспомнить один из разговоров с Дамблдором:
'Петтигрю обязан тебе жизнью. Ты послал к Волан–де–Морту того, кто перед тобой в неоплатном долгу. Когда один волшебник спасает жизнь другому, между ними создается связь... или я сильно заблуждаюсь, но вряд ли Волан–де–Морт захочет, чтобы его слуга был в долгу у Гарри Поттера'.
— Как думаешь, мог Дамблдор пожертвовать возможностью свободы Сириуса, чтобы держать Хвоста рядом с Волан-де-Мортом? — спросил Гарри. — Ну знаешь, потому что он был передо мной в долгу?
— Возможно, Гарри, но также возможно, что до него просто не получалось добраться, — ответила Гермиона.
Потом она вспомнила то, что говорила о директоре Миранда.
— Гарри, а что если он просто не хочет, чтобы Сириус был свободен?
— Почему бы ему не хотеть... — тут Гарри тоже вспомнил предупреждение богини. — Он хотел, чтобы я оставался жить у Дурслей. Это бы обеспечило им и мне безопасность. Если бы Сириуса оправдали, я бы отправился жить к нему.
— Но зачем тогда он позволил нам спасти его четыре... то есть два года назад?
Гарри некоторое время помолчал, ожидая, не встрянет ли в их разговор Миранда с новой информацией. Когда этого не случилось, он наконец подумал в ответ:
— Потому что знал, что если мы хотим не попасться никому на глаза, у нас не будет возможности поймать Питера. Без Хвоста Сириусу пришлось пуститься в бега, и Дамблдор получил ещё одного человека, который бы работал на него при необходимости. Крайне благодарного ему человека. Помнишь, как он особо подчеркнул, что нас не должны увидеть?
— Допустим. Но если это вправду так, Дамблдор никогда не спросит профессора Снегга о Питере, верно?
— Сомнительно, но мы можем принять это за своего рода индикатор. Если он поможет нам найти Питера, тогда мы можем ошибаться, но в противном случае...
Гарри задумался, что же он чувствует в отношении директора, но понял, что его мысли слишком спутаны. Тогда он стал размышлять о Снегге, пытаясь определить, каким же он является человеком и как к зельевару относиться.
