Я совершенно уверена, что любимая работа может и должна занимать все время. Понедельник должен начинаться в субботу. Сорокачасовую рабочую неделю придумали неудачники. Это, может быть, в каком-нибудь ООО «Отбитые Баклуши» можно всё успеть за восемь часов в день, а в науке и творчестве совершенно точно — нельзя, потому что всегда хочется сделать больше и сделать лучше. И всегда есть что делать, не бывает, чтобы не было.
Но мне, конечно, легко говорить: мне платят зарплату. Она не является для меня смыслом работы, но она обеспечивает мне саму возможность работать. Я точно знаю, что, если я опоздаю на метро, я смогу поймать машинку. Если у меня не будет сил готовить еду, я закажу ее в ресторане. Если муж выгонит меня из дома, потому что его достанет, что я не готовлю еду и все время опаздываю на метро, то я смогу снять квартиру. Поэтому я могу не беспокоиться ни о чем, кроме своей работы. Поэтому я могу делать ее хорошо.
Если бы мне повезло меньше и любовью всей моей жизни оказалась бы не журналистика, а наука, мне пришлось бы уехать. Просто потому, что я хочу, чтобы мне не мешали заниматься делом. А отсутствие денег мешает катастрофически: приходится думать, как сварить дешевый суп, заштопать колготки и выбрать наиболее экономичные схемы оплаты телефона и лечения схваченного в переполненном автобусе гриппа, — вместо того, чтобы думать (те же нейроны, нейромедиаторы, АТФ) о статьях, экспериментах, планах. Какие уж тут могут быть научные прорывы!
02 Фев 2010 г. ТрВ № 46, c. 8, "История" Алексей Паевский Рубрика: Страницы истории
Если ехать по Горьковскому шоссе в направлении Нижнего Новгорода, то сразу же за Владимиром, когда окружная снова выскочит на шоссе, вы проедете село Боголюбово, которое хорошо заметно по огромным синим куполам Боголюбовского монастыря. Когда-то здесь была резиденция сбежавшего от отца князя Андрея. Сейчас от этого дворца сохранилась только маленькая часть — непонятная пристройка к Рождественской церкви. Это лестничная башня самого дворца князя Андрея и переход в несохранившуюся древнюю церковь.
В 1155 г. Андрей вместе со сво- . им двором «втихаря» удрал из княжеского села Вышгород под Киевом и направился во Владимир. Причем просто так будущий святой уехать не мог. Андрей забрал с собой икону Богородицы, которую якобы написал евангелист Лука (впрочем, датируется она XII в.). Теперь мы ее знаем как Богоматерь Владимирскую.
По широко растиражированной легенде, кони, которые везли икону, встали и не пошли дальше. Ну, якобы так Бог велит. Бог оказался не дурак и велел коням с иконой остановиться в стратегическом месте, на холме, под которым река Нерль впадала в реку Клязьму. Местечко Боголюбово (так его назвали) стало контролем над водным путем из Ростова и Суздаля. Андрей, разумеется, Бога послушался и выстроил здесь уникальный замок, каменная часть которого состояла из Рождественского храма, обитого золотом, переходов, лестничных башен, шатра-кивория и дворца. Дворец погиб едва ли не сразу же после убийства князя боярами в 1174 г., а собор мог бы дойти до нашего времени, но идиот-игумен Аристарх в 1722 г. решил, что окна недостаточно светлые и надо бы в стенах проломить окна побольше. В итоге храм просто рухнул: сопромата игумен не учил. Еще через 50 лет другой игумен того же монастыря чуть было не погубил другой шедевр, но об этом чуть попозже.
Строили замок Боголюбского нерусские мастера. Это тоже очень интересно. Дело в том, что прислал Андрею руководителя артели другой весьма неординарный монарх — Фридрих Барбаросса. А согласно летописи, строительную артель составляли «из всех земель» мастера. И этот интернационал возвел два шедевра, от одного из них дошли до нас жалкие остатки, а второй сохранился почти целиком.
