— Ну, держись, Сын Неба, — бормочу себе под нос, глядя на экран, уже готовясь разразиться смехом.
В следующую секунду Золотой Дракон резко взмывает вверх почти вертикально, оставляя за собой мощный поток воздуха. Ци-ван, явно не ожидавший такого поворота, судорожно хватается за всё, что под руку попадётся. Но удержаться оказывается задачей почти невозможной.
И тут наступает кульминация: Дракон выполняет мёртвую петлю, переворачиваясь вверх ногами. Ци-ван, отчаянно вопя, срывается с его спины, головой вперёд устремляясь в свободное падение.
Но всё идёт строго по плану. Золотой, заранее предупреждённый, с изяществом хищника пикирует вниз, ловя Императора Поднебесной в свои мощные передние лапы. Ци-ван продолжает орать, уже находясь в «безопасности». Паника его не отпускает, несмотря на крепкую хватку Дракона и тот факт, что его жизнь всё ещё в относительной сохранности.
Я не могу сдержать хохота и заливаюсь громким смехом. Взгляд на Камилу, которая, прижав руки к животу, буквально содрогается от смеха, делает этот момент ещё веселее.
Золотой, словно наслаждаясь моментом, выполняет ещё пару крутых виражей, испытывая нервы несчастного Императора Хань на прочность. Его вопли доносятся даже через рев ветра. Наконец, уловив мой мысленный сигнал, Дракон начинает плавное снижение.
— Пожалуй, хватит, — бросаю я Дракону, вытирая слёзы смеха. — А то ещё решат, что мы тут устроили авиашоу.
Да и Ци-ван и так уже напуган до предела. Грандмастеры, конечно, не должны страдать от инфарктов… но кто их знает.
Золотой медленно теряет высоту, направляясь к полю. Не дожидаясь полной посадки, он вдруг резко сбрасывает Ци-вана с небольшой высоты. Император громко шлёпается на землю, распластавшись, будто выжатая тряпка. Его доспехи глухо звякают, а сам он стонет, пытаясь подняться.
Золотой мягко приземляется рядом, с явным удовольствием оглядывая плоды своих усилий.
— Муравей спущен, — фыркает он в моей голове.
Мда. Ци-ван явно надолго запомнит, что бывает, когда злишь Дракона и телепата одновременно.
Когда «Буран» мягко приземляется рядом с Золотым Драконом, я выхожу из кабины, подаю руку Камиле, помогая ей спуститься, и бросаю взгляд в сторону леса. Там вертолёт с телепатами медленно идёт на снижение, скрываясь за деревьями.
Ци-ван, заметно потрёпанный и хромающий, наконец поднимается на ноги. Его доспех испачкан грязью, лицо мрачное, а осанка далека от императорской. Даже странно что он не сбросит доспех — видимо, все еще опасается за свою жизнь.
Ханьские сановники громогласно приветствуют спустившегося Сына Неба. Да только виновнику торжества не до этого. Не оглядываясь ни на кого, он направляется к своему лимузину. Шаги неровные, но он упорно двигается вперёд.
Забравшись внутрь машины, Ци-ван с силой захлопывает дверь. Едва проходит несколько секунд, как лимузин резко трогается с места, вздымая облака пыли. Остальной кортеж в спешке бросается за ним, хаотично выстраиваясь в колонну, чтобы не отстать.
Сановники, оставшиеся на месте, растерянно переглядываются, явно не понимая, что происходит. Один из них неуверенно нарушает тишину:
— Император… просто уехал?
Удивление быстро перекидывается и на репортёров, которые не перестают щёлкать камерами, фиксируя каждую деталь происходящего. Вспышки мелькают одна за другой, словно праздничный салют. Некоторые из них начинают подходить ближе, явно собираясь выяснить у кого-нибудь из свиты, что только что произошло.
И вот, к ним выходит Чжу Сянь. Его уверенная, даже широкая улыбка выглядит почти идеальной, но глаза нервно блестят, выдавая внутреннее напряжение. Он, не теряя самообладания, начинает свою вымученную речь:
— Его Императорскому Величеству Сыну Неба настолько понравился полёт, что он решил лично испытать крутые манёвры. Особенно мёртвую петлю, — с неподдельным энтузиазмом заявляет Чжу Сянь, словно всё происходящее было заранее запланировано и тщательно отрепетировано. — Наш Император в восторге и выражает искреннюю благодарность графу Вещему-Филинову и Русскому Царству за возможность насладиться этим захватывающим опытом.
Он делает паузу, чтобы дать репортёрам время для осознания услышанного, а затем добавляет ещё пару комплиментов, стараясь увести внимание от поспешного бегства Ци-вана.
К нам подскакивает Настя, шурша юбками платья:
— Даня, всё в порядке? Камила уже по мыслеречи всё показала.
— Ну тогда ты сама видела, как всё получилось. Здорово и весело, правда? — улыбаюсь я.
Настя отвечает улыбкой, в которой блеснуло лёгкое одобрение:
— И правда.
Мы с девушками едва успеваем отойти от «Бурана», как к нам стремительно направляется Ольга. Кажется, ещё чуть-чуть, и она бы просто побежала. Её глаза блестят от нетерпения, а на лице сияет улыбка журналиста, который только что получил сенсацию века.
— Ну, ну, — говорит она, едва сдерживая смешок и качая головой. — Данила Степанович, вы, конечно, мастер устраивать шоу!
Её взгляд устремляется к удаляющемуся лимузину Ци-вана, за которым судорожно выстраивается кортеж. Затем она снова смотрит на меня, прищурившись, явно ожидая пояснений.
