Рабочий день закончился в делах и заботах…
Мишель вернулась с тридцатого этажа окрылённая и воодушевлённая и тут же принялась раздавать распоряжения, причём не только мне, но и умудрившись привлечь к работе ассистенток других юристов. Кажется, переговоры с руководством прошли достаточно продуктивно, и моя начальница получила зелёный свет на работу с Хендерсоном…
Уже через полчаса стопки папок в нашем маленьком кабинете заметно поредели, перекочевав к менее удачливым младшим юристам, и мы занялись настоящей работой…
Мишель развернулась по полной и принялась строчить список задач — что нужно выяснить, какие формы запросить, с какими структурами связаться. Её глаза горели, лоб морщился, а ноздри гневно раздувались, словно у беговой кобылки. В ней словно проснулся боевой дух выпускницы Гарварда, наконец получившей шанс применить теории на практике.
Минут через двадцать к нам заглянул мистер Грейсон — юрист с двадцать седьмого этажа с двадцатилетним стажем и слегка замыленным взглядом, от которого у новичков обычно пересыхало в горле и предательски подрагивали коленки. (От взгляда, не от самого Грейсона)
Опытный юрист оглядел нас с Мишель задумчивым взглядом, словно сомневаясь или не веря своим глазам, и тяжело вздохнул:
— Это вы… по Хендерсону?
— Угу, — кивнула Мишель на секунду оторвавшись от бумаг на своём столе.
— Хм… Ну-ну… — скептически усмехнулся Грейсон. — Не забудьте запросить форму W-8BEN, и не забудьте, что активы под трастом — это не просто бумажки. Придётся копнуть в сторону Cayman Trust Finance. И ещё… не делайте глупостей. Этот клиент — не тот, с кем можно ошибаться.
Дверь за Грейсоном бесшумно захлопнулась, мы с Мишель недоумённо переглянулись, улыбнулись друг другу и снова погрузились в дела…
Ещё минут через десять заглянула миссис Пирс из отдела налогового планирования. Дала нам наводку на консультанта, который поможет с выбором юрисдикции и не вцепится в горло за пару звонков после шести, пожелала удачи и так же незаметно, как и Грейсон до неё, исчезла…
Ну и до шести мы успели сделать всю предварительную подготовку и наметить фронт работ на завтра. Задерживаться дольше обычного особого смысла не имело. Как сказала Мишель: «Нужно поберечь силы на завтра! Завтра начнётся настоящий ад!».
Ну, ад — не ад… Ничего сложного на самом деле там не должно быть. Просто много рутинной и хлопотливой работы. Если бы Хендерсон делал всё по уму с самого начала, с момента основания бизнеса, всё было бы ещё проще и легче. Ну а так — да, придётся слегка повозиться…
