Здесь у нас появляется возможность поговорить об удивительном христианском наследии, о котором нечасто вспоминают. Ведь христиане должны помнить о вечности. Первые христиане жили в опасном мире, они знали, что, скорее всего, будут жить недолго, потому что их окружают всевозможные угрозы, но у них была настоящая и живая надежда, преодолевающая могилу, поэтому они могли жить жертвенно, неся благо другим людям.

Клайв Льюис однажды высказался на эту тему. Его рассуждения весьма актуальны и сегодня:

Книга о страдании, в которой ничего не говорится о рае, упускает почти целиком один из аспектов своего предмета.

Писание и предание неизменно противопоставляют земным страданиям радости рая, и ни одно решение проблемы боли, упускающее этот аспект, не может быть сочтено христианским. В наши дни мы стесняемся даже упоминания о рае. Мы боимся насмешек над «небесными кущами»… Но «небесные кущи» либо существуют, либо нет.

Если нет, то христианство лживо, ибо это учение вплетено во всю его ткань. Если да, то эта истина, подобно любой другой, достойна рассмотрения[35].

Древний христианский апостол, Павел, не стыдился упоминать о своих убеждениях; он был твердо уверен в будущем:

Я уверен, что нынешние наши страдания — ничто в сравнении с той славой, которая нас ждет… И я убежден, что ничто: ни смерть, ни жизнь, ни ангелы, ни другие духовные существа и силы, ни век нынешний, ни век грядущий, ни вышний мир, ни бездна — ничто из всего мироздания не сможет стать между нами и любовью Бога, которую Он явил в Христе Иисусе, Господе нашем! (Послание римлянам 8:18, 38–39).

Это пишет не библиотечный философ, спокойно попивающий кофе в своем кабинете, а человек, которого жизнь изрядно потрепала. Павла несправедливо избивали и бросали в тюрьму, однажды оставили умирать — за свою жизнь он испытал множество трудностей и лишений.

Временами я, подобно Павлу, представляю себе славную небесную жизнь. И во мне рождается вопрос: если бы завеса, отделяющая невидимый мир от видимого, на мгновение поднялась и мы увидели нынешнее блаженное состояние умерших — мириады невинных христиан, жестоко убитых тираническими государствами, бандитами с большой дороги и обезумевшими толпами иноверцев, христиан, преждевременно ставших жертвами стихийных бедствий и эпидемий, — то не получили бы мы ответы сразу на все вопросы о том, как Бог, воплотившийся в Иисуса Христа, управляет миром? Мы еще не достигли другого мира, но уже получили весть из него — весть, которую напуганный коронавирусный мир непременно должен услышать.

Восхождение

Но кто я такой, чтобы писать о подобных вещах? Я с болью осознаю, что кто-то из читателей, возможно, недавно потерял любимого человека. И он наверняка думает: «Что этот человек знает о моих переживаниях?» Я согласен, что некоторые люди гораздо лучше меня знают, что такое настоящая боль и страдания, — они лучше поймут вас в вашей беде и покажут, что, несмотря ни на что, надежда есть. В заключение я хочу привести выдержку из замечательной книги «Я выбираю все», в которой Джозанни Мосс (из ЮАР) и Майкл Уэнем (из Великобритании) описывают свой путь через боль. Они больны неизлечимым заболеванием двигательных нейронов и познакомились через переписку по электронной почте.

Джозанни сравнивает свой путь с восхождением на гору. Честно и мужественно она рассказывает, как Бог поддержал ее[36]:

Перейти на страницу:

Похожие книги