– Этого я не могу сообщить, – поспешила она ответить.
Взгляду Малачи определение «проницательный» не подходило. Он был скорее наивным и простодушным. Сейчас его честные синие глаза озадаченно смотрели на красивую до умопомрачения девушку с лицом цвета сливок на фоне черного кофе.
– Мисс… – заговорил было Малачи и осекся.
Девушка бесстрастным взглядом наблюдала, как слово, мучительно дрожа, повисело в воздухе и обессиленно плюхнулось на пол.
– Мисс, наш девиз, с которым вы, несомненно, ознакомились, звучит так: «Мы страхуем все!» – ничуть не смутившись, продолжил Малачи. – Ни больше, ни меньше. Только здравый смысл мне подсказывает, что застраховать мы обязаны нечто конкретное.
– Я хочу, – тихо призналась девушка, – застраховать выживание моей расы.
Не дождавшись продолжения, Малачи задал наводящий вопрос:
– Какой расы?
– Не могу ответить.
Малачи замигал глазами.
– Похоже, у нас с вами разные цели. Судя по всему, мисс, вы плохо разбираетесь в том, как работает страховая компания. К примеру, кто будет бенефициаром по вашему полису?
– Я, – сказала девушка.
– А как мы узнаем, когда выплачивать премию?
– Я вам сообщу.
– А каким образом мы проверим вашу информацию?
– Вы это поймете.
От отсутствия взаимопонимания тишина в конторе стала почти осязаемой. Ренд и Малачи смотрели на девушку. Девушка не сводила взгляд с Малачи.
Представившийся ее глазам вид назвать вдохновляющим не поворачивался язык: щуплый человечек с редкими седеющими волосами и иссохшей от солнца кожей. Одет хоть и опрятно, но костюм явно вышел из моды больше века назад. Раньше такие называли «традиционными пиджачными парами». В углу на антикварной вешалке висели дополнительные принадлежности облачения: темная тросточка и старомодный головной убор. Последний Малачи именовал котелком.
– Какой только вздор… – начал Ренд.
– Полагаю, – перебила его девушка, решительно и с кошачьей грацией поднимаясь, – меня неправильно информировали. Всего доброго, мистер Джонс.
– О чем вас информировали? – осведомился Малачи, когда она почти дошла до двери.
– О вашей прекрасной репутации, – ответила девушка и на мгновение задумалась. – Слухи о ней достигли самых отдаленных уголков галактики. Впрочем, боюсь, мне вы не поможете.
– Здравый смысл, – холодно произнес Малачи, – гласит: не суди об обеде, не отведав хотя бы супа. Я делал в жизни много странных вещей. Однажды я застраховал дополнительный мозг человеку по фамилии Госсейн[23]. Властителям еще не приходилось отступать. Возможно, я смогу сделать что-нибудь и для вас. Только для этого мне потребуется чуть больше информации.
Девушка не раздумывая вернулась к столу.
– Останется ли мой рассказ между нами?
– Я не священник, не врач и не адвокат, – рассудительно изрек Малачи. – Однако и я обладаю этим давно забытым качеством – чувством долга. Сказанное вами не покинет стен этой комнаты.
Его собеседница испытующе посмотрела на Ренда.
– Гарантирую, мой помощник будет нем как рыба.
Девушка вновь перевела взгляд на Малачи и заговорила тихим, уверенным голосом:
– Наша раса – один из видов мутантов с планеты Новая Земля в системе Полариса. Мутация спонтанная: установили, что началась она несколько сотен лет назад, когда космический корабль с переселенцами попал в нуклонный шторм. Как бы то ни было, нас до сих пор очень мало, и о нашем существовании каким-то образом стало известно.
– Отличительные черты? – осведомился Малачи.
– Их нет.
– Тогда в чем заключается мутация?
– В высоких умственных способностях.
– Откуда вы знаете… – вмешался Ренд.
На губах девушки мелькнула едва заметная улыбка.
– Знаем, – сказала она без тени сомнения. – Истерия на Новой Земле привела к самым суровым мерам. Никому, в ком подозревают мутанта, не позволяют покидать планету. Любое подозрение – обоснованное или нет – влечет за собой казнь. Даже младенцы проходят обязательные проверки умственных способностей. Если результаты слишком высоки, от детей избавляются. Единственная причина, почему мы до сих пор не вымерли, – это относительно небольшая численность населения по сравнению с размером Новой Земли.
Малачи кивнул и нажал кнопку, на поверхности стола появилась маленькая клавиатура. Однако застучать по ней он не успел – девушка резко повернулась и схватила его за запястье.
– Что вы собираетесь делать? – тихо, но жестко спросила она.
– Милочка, – спокойно ответил Малачи, – мне нужно рассчитать страховую премию. Здравый смысл подсказывает: раз уж вы решили доверить нам свою тайну, то придется поверить, что мы ее сохраним. Пожелай мы вас остановить – одно слово властям сразу после вашего ухода из этой конторы, и Луну вы не покинете. А сейчас, с вашего позволения…
Он мягко высвободил руку. Девушка отступила, слегка озадаченная.
– Вы увидите, что зашифрованная информация исчезнет, как только я закончу, – объяснил Малачи.
Некоторое время пальцы Малачи порхали по клавиатуре. Едва они остановились, защелкало наборное устройство. Малачи опустил взгляд, а затем медленно – так, чтобы девушка видела, – нажал кнопку «очистить».
– Итого, – невозмутимо промолвил он, – двадцать пять миллионов долларов.
