Герберт сидит в синем вольво. Окошко слева открыто. Генри полностью повторяет трюк с Вернером. Но окошко открыто, поэтому он сразу же сует пистолет с глушителем в шею Герберта:
— Спокойно. Меня интересуют несколько вещей. С кем контактируешь в концерне, кто отдает тебе приказы? Сколько профи заняты сейчас поисками Эммы Блюхер? Как с ними связаться? Скажи все под диктофон и назови себя. Будешь вести себя спокойно, я ничего тебе не сделаю. Дернешься или будешь врать, пристрелю на месте.
Герберт испуганно скосил глаз на пистолет, ничего не может сказать.
— Мне некогда с тобой возиться. Говори, иначе придется стрелять.
— Хорошо, хорошо. Меня зовут Герберт Функтштедтер. Я получал указания о журналистке Эмме Блюхер от Дроммера, сотрудника службы безопасности концерна. Сейчас поисками Блюхер и ее охранника заняты четыре специалиста. Раньше было пять, но один погиб. Старший у них Бруно. Я звоню ему по телефону… С Дромером связываюсь по телефону 09117464112. Правда, я больше ничего не знаю. Не стреляй, у меня двое детей, жена алкоголичка. Дети без меня пропадут. Я твоего лица не видел.
— Давай оружие.
— Я не боевик, просто передаточное звено. У меня нет никакого оружия. Честное слово!
— Давай руки.
Связывает их пластиковым кольцом:
— Лежи на переднем сиденье, не смотри по сторонам.
Герберт послушно выполняет все. Генри уезжает на своем мотоцикле по улице Петер-Хенляйн-штрассе. Марта проезжает за ним следом.
Едут довольно долго, выезжают в пригород. Генри останавливается, не доезжая до перекрестка. Марта подъезжает следом. Генри показывает:
— Видишь на той стороне дом? Я чуть проедусь и вернусь назад. Посмотрю обстановку и позвоню фраеру Эммы. Попрошу его жену к телефону. Если она дома, нам придется уехать. Жди здесь.
Отъезжает.
Через несколько минут Генри снова подъезжает:
— Жены дома нет. Я подойду чуть пораньше, спрячусь возле входа, прижмусь к стене. Ты подъезжай спокойно. Звони смело. Улыбнись в камеру наблюдения. Ты похожа на Эмму. Удивится, но пойдет открывать. Я буду рядом.
На звонок выходит Марчиано, удивленно рассматривает Марту:
— Эмма, что ты здесь делаешь? А если бы Бригитта была дома? Ты меня компрометируешь. И, потом, разве тебя не разыскивают? У меня были неприятные звонки из концерна. Но я им ничего не сказал.
Генри отрывается от стены. Заталкивает Джованни в дом. Марта хочет зайти следом за ними. Джованни, испуганно:
— Кто вы?
Марте:
— Вы не Эмма! Что вам нужно?
Генри Марте:
— Посиди в машине.
Выталкивает ее.
Генри толкает Джованни в кресло, ставит перед ним диктофон:
— Вам не нужно знать, кто мы. Полиция безопасности Баварии. В связи с расследованием деятельности концерна нас интересует, какие сведения вы передавали службе безопасности концерна о журналистке Эмме Блюхер? Что вам известно об имеющихся у нее материалах? Имейте в виду: беседа записывается. Советуем не лгать и сообщить всю имеющуюся у вас информацию. Все будет перепроверено. В случае деятельного сотрудничества с нами вам не придется давать показания в суде. Умалчивание информации будет рассматриваться как причинение помех следствию. Вам все понятно?
Джованни, неуверенно:
— Да. Я могу посоветоваться со своим адвокатом?
— Безусловно, вы можете пригласить адвоката, но не советую делать это. Пока у нас просто беседа. Если вы пригласите адвоката, это будет допрос. Нам не удастся тогда сохранить в тайне ваше имя. Имейте также в виду, что ваш бизнес и отношения с налоговым ведомством нас не интересуют.
— Хорошо, что конкретно вас интересует? Я все скажу, только не привлекайте меня официально к следствию. Моей деловой репутации будет нанесен непоправимый ущерб. Да и служба безопасности концерна расправится со мной.
— Я уже сказал, что дальнейшее полностью зависит от вас, от вашей готовности добросовестно сотрудничать с нами. Первое: что вам известно об имеющейся у Блюхер информации?
— К сожалению, ничего конкретного. Я слышал от нее, что она изучает деятельность концерна. Кажется, речь шла о поставках оружия на Ближний Восток.
— Куда конкретно, в какую страну?
— Я этого не знаю. Она не упоминала подробности.
— Вы уверены, что не слышали от нее название страны? Джованни, задумавшись на мгновение:
— Абсолютно уверен. Я еще спросил ее, а она только посмеялась, сказала, что мне лучше не знать ничего об этом. И она права. Лучше бы я не слышал ничего от нее об этом проклятом концерне.
— Хорошо. Пока поверим. Что вы передали службе концерна о работе Эммы?
— Я ничего сначала не передавал. Возможно, упомянул одному из приятелей невзначай. Мы сидели в пивной и разговор коснулся концерна. Вот я, по глупости, и ляпнул о работе Эммы. Позднее ко мне пришел человек из концерна. Страшный человек. Грозил разными карами. Требовал, чтобы я ему рассказал о работе Эммы.
— Чем он вам угрожал? Только не врите.
— Он грозил передать в налоговую службу информацию о некоторых сделках моей фирмы.
— Еще раз подчеркну: ваши налоговые прегрешения нас не интересуют. На данном этапе. Что было потом?
