— Проф, вы уже знаете как пользоваться шанцевым инструментом. Пусть Хач подержит горловину, а вы накидайте пол мешка песка.
— Опять кто-то застрял в зыбуне? — недовольно пробурчал Геворкян, беря лопату и подталкивая, носком ботинка, мешок к ассистенту.
— Есть многоцелевые средства, которые используются в походах в совершенно противоположных качествах. Мы строго ограничены в воде. Даже если найдём источник, то вряд ли сможем употреблять жидкость по назначению. Причины сами знаете. Так что, там, где нет возможности расходовать воду, будем использовать песок. Для тушения костра, например. Вы же понимаете, что ночью мы рискуем подвергнуться нападению? Благодаря костру, мы как на ладони в замкнутом пространстве. Потребуется его немедленно гасить, а как, скажите мне, это сделать? Благодаря облачению мы даже по-пионерски не можем его потушить. Пластиковые вёдра от жара деформируются и крышки, впоследствии, не налезают, а мешок — универсальная ёмкость. Ещё вопросы есть?
— Хотелось бы выразить недовольство, но ваш Пешня категорически против пустопорожних разговоров.
— Вы не правы! — усаживаясь на пенку, улыбнулся араб, — Это правило действует на марше, когда всё внимание сосредоточено на внутреннем состоянии организма, поддерживании ритма дыхания и, одновременно, на мониторинге внешних факторов. Разговоры отвлекают и мешают концентрации. Сейчас же, когда нет такой необходимости, можно расслабиться и отдохнуть от тягот пути. А что является лучшим отдыхом?
— Смена работы, — со смехом выпалил Гизмо, чья смена по охране периметра выпала на утренние часы.
— Правильно, боец! — похвалил Сахраб, — А так же сон и удовлетворённое чувство голода. Кроме того, в смене обстановки подразумевается спокойная беседа на отвлечённые темы, чтобы мозг не зацикливался на одном только страхе. А ещё Дементор, за долго до рейда, предостерегал всех от накапливания обид и утаивания важной информации. Так что, Проф, если у вас есть претензия ко мне лично, излагайте. Перетрём. Если к Пешне, то он вас слышит благодаря радиосвязи, а вернувшись с обхода, обязательно объяснится.
— Я не за себя, — более миролюбиво, продолжил Геворкян, приставляя лопату к стене, — Меня не устраивает выбранный вами позывной для моего аспиранта. Это обидная кличка, которой веками обзывали представителей моего народа.
— Почему же вы сразу не сказали об этом?
— Меня никто не спрашивал, а Вазгенчик — мальчик скромный и сам никогда не выскажет претензий.
— Понимаю, — кивнул Сахраб, — Поэтому, когда потребовалось найти помощника в походе, ваш выбор пал на него. Он всё стерпит, обиды не выскажет и смело можно садиться парню на шею и ездить как на породистом скакуне. Так?
— Позвольте! — то ли щёки профессора налились багровым румянцем от негодования, то ли отсветы пламени играли на его скулах таким оттенком, — Речь не обо мне! Я старый человек и на многое не обращаю внимания, а Вазген отличный сотрудник и будущий великий учёный. Поход — это прекрасный опыт и практика! Я говорю об обидной кличке, которую вы ему дали.
— Послушайте, Проф, не нужно обвинять нас в расизме и геноциде армян. Мы не даём клички. Ни обидные, никакие. Позывной — это ёмкая характеристика человека. Мы не знаем вашего Вазгена, его привычек и пристрастий, чтобы исходить из бытовых шаблонов. Возьмите меня. Сахраб — это русифицированная производная от альсахра, пустыня по-арабски. Равхан — милосердный, Наджи — спасшийся. У вашего ассистента мы просто взяли первый слог фамилии. Вот и всё! Какие обиды? Мы не виноваты, что его фамилия Хачатурян.
— Отставить, склоки! — приказал командир, заполнив собой проём стены, — Если для вас это так важно и подобную претензию предъявит ваш ассистент, я могу пойти на уступки. Исключительно ради сохранения здорового климата в группе. Только, уважаемый, такие вопросы следует решать заранее, а не копить обиды в себе, подыскивая удобный случай, чтобы выплеснуть их на голову попутчиков. Кто ещё недоволен своими позывными?
Неожиданно для всех руку поднял ассистент Зорина.
— Что с тобой, парень, не так? — почти по-отечески спросил Ломов, понимая, что тот годится ему в сыновья.
— Я изначально просил определить мне позывной Джуниор, основываясь на том, что мы с вами тёзки. Типа Дмитрий, но младший. Так принято в Европе и Америке. Что в этом плохого? Почему меня назвали уничижительным прозвищем, словно я деревенский пастух? Я, между прочим, родился в Сити, а мой отец богатый и уважаемый человек!
У Сахраба дёрнулся глаз и он упёрся кулаком в пол, собираясь подняться. Ломов заметил это и предостерегающе положил руку на плечо старлею.
