Собственно, то, от чего многие просыпаются в холодном поту с криками «спасите — помогите», для Черова было привычной обыденностью. Денис относился к своим снам, как к некоему квесту, который необходимо пройти за ночь. Если это удавалось, то на утро он чувствовал небывалый позитив и подъём сил. В случае неудачи, испытывал уныние и проводил разбор своих ошибок, пытаясь понять причину. Как правило, это удавалось. Своего рода игра, длинною в несколько лет.
Сон всегда начинался достаточно однотипно. Денис шёл по коридору из тумана, утопая босыми ногами во влажной от росы траве. Со временем ему даже удалось идентифицировать место. Скорее всего, это был дальний луг за деревней Кривуля. Слева стояла стена соснового бора, а справа пролегало русло Усманки. Дальше речушка совершала крутой поворот, похожий на петлю, будто готовила капкан для случайного путника. В месте, куда двигался во сне Денис, через русло был переброшен деревянный мостик. Такие, как правило, ставят временно, на один сезон, но в силу обстоятельств и стремления плотников делать свою работу качественно, используют долго. До тех пор, пока доски настила не сгниют окончательно. Зачастую квест начинался при попытке перейти на другой берег. Иногда условия игры менялись и препятствия начинались уже в начале маршрута.
Вот и сейчас из тумана, со стороны леса, выскочил здоровенный кабан, с торчащей дыбом шерстью на холке. Увидев Дениса, зверь остановился и, пригнув к земле клыкастую пасть, принялся загребать копытами землю. Стало ясно, что тварь, выглядевшая чудовищным порождением разума, готовится броситься навстречу Денису. Кабан, в сущности, тупое животное. От малейшего шума старается убежать и увести стадо. Агрессию проявляет только при явном нападении или будучи испуганным внезапным появлением на пути противника. Сейчас он выскочил сам и требующих защиты самок и подсвинков рядом нет. Следовательно, им руководят не инстинкты. Значит, попытается раздавить, затоптать копытами и порвать клыками.
Во сне, того страха, что испытал Черов два часа назад, идя топлес к одинокому фонарю, не существовало. Здесь Денис чувствовал себя в ирреальной компьютерной игре и полагался только на опыт и знания. А ещё его логика работала безупречно. Никакой мистики и суперспособностей марвеловских героев. Только расчёт и хладнокровие. Именно те качества, которых так недоставало Денису в реальной жизни. И да, он знал, что в игре с ним не может случиться ничего дурного. Просто проснётся и начнёт снова.
Мало кто догадывался, что Денис бодрствующий, остро завидовал себе спящему.
Вепрь двигался неумолимо и предсказуемо. В трёх метрах от устрашающих клыков, Денис прыгнул в сторону и перекатившись, замер, стоя на одном колене. Зверь среагировать не успел и по инерции пронёсся мимо.
Дальше произошло непредвиденное. Вепрь выставил в сторону копыто и ухватился им за куст лопуха, едва не выдернув растение с корнем. Благодаря захвату удалось погасить инерцию и развернуться.
Только теперь перед Денисом стоял не вепрь, а что-то более устрашающее. Кто-то, кому место в сказочном фольклоре или в страшилках деревенских легенд.
На зрение во сне полагаться не приходится. Хорошо, если видишь общую форму, больше похожую на сгусток причудливых линий и очертаний. Здесь на первое место выходит интуиция. Как пример, начало пути. Ты не видишь себя со стороны, не ощущаешь касание земли ступнями. Ты просто знаешь, что идёшь босой по траве. Так же и всё остальное. Просто знаешь, что встречаешься с врагом или товарищем. Лиц не различить совсем и лишь половые признаки позволяют узнать мужчина перед тобой или женщина. Дальше всё дорисует воображение. Оно же идентифицирует и припишет необходимые эмоции.
Возможно, у кого-то иначе, но Черов таких людей не встречал.
Вот и сейчас он просто осознал, что перед ним огромный вервольф. Волк — оборотень.
Вроде, та же бесформенная гора мяса, обтянутая покрытой шерстью кожей, но кое-что в этой конфигурации изменилось. Передние лапы стали длиннее и походили скорее на руки, чем на ноги парнокопытных. Именно когтистыми пальцами ухватился зверь за репей, корень которого трудно вырвать из земли. Именно когтями задних лап искал он опору в грунте, намереваясь сделать последний, решающий прыжок. И рыло… Оно больше не походила свиную. Это была ощеренная морда волка, с озлобленными, прямо посаженными глазами и влажным, принюхивающимся носом.
— И чтобы ты сделал, если бы не проснулся? — настороженно спросила Сафонова, нервно покусывая тыльную часть ручки.
— Не знаю, — честно признался Черов, — Во-первых, появление волколака было для меня неожиданным. Такое прежде не снилось. Во-вторых, подспудно я готовился встретить на мосту червей и пытаться перебраться на другой берег, уворачиваясь от щупалец какого-нибудь Ктулху. Даже предположить не могу.
— Ты убиваешь монстров во сне? — продолжила допрос Мария.
— Никогда.
— В чём же смысл твоих снов?
