Матушка боялась, что раз она не может выносить младенца, то отец войдет в дом на закате к другой деве. Той, что сможет родить от него столько раз, сколько ему угодно будет. На смертном одре матушка покаялась в том, что мучило ее каждый день жизни. Пока боги не дали ей дитя, страх потерять отца был так велик, что она решилась принести богам самую сильную и ужасную жертву — чужого младенца. Матушка знала, что через несколько домов была девица на сносях. Разведала, как закрывается их калитка, и даже придумала, как попасть в дом, когда вдруг поняла, что вновь в утробе носит дитя. Мироздание послало ей меня. Я никогда не судила мою бедную матушку, ведь все ее страшные мысли были от боли. Боли потерять самого дорогого человека.
Я родилась на закате, и с первым моим криком исчез последний луч. Бабка-повитуха сказала, что это сулит мне дурную судьбу, но моя матушка была так счастлива, что не думала ни о чем. Она уверяла, что меня ждет вечная жизнь. О, если бы матушка знала, как она близка к истине.
Прошло четыре урожая со дня моего рождения, когда пришла беда. Боги оборвали судьбу моего отца. Его лягнула лошадь, он упал и больше не смог дышать. Моя бедная мать едва не умерла от тоски. Днями и ночами каялась она в дурных замыслах. Матушка была уверена, что так боги покарали ее за то, что она хотела украсть младенца. Но в нашем селении говорили: «Коль принял беду, боги пошлют еще одну». Вскоре после смерти отца я полезла на дерево собирать яблоки и упала. Мне хотелось лишь помочь матушке.
Из того времени, что довелось мне неподвижно лежать между мирами, я запомнила лишь белый длинный коридор, который иногда являлся в забытьи. А потом мне внезапно стало лучше. С каждым днем я набиралась сил и вскоре была здорова. Только моя душа больше мне не принадлежала. Матушка однажды сказала, что заключила сделку с морским дьяволом, но так и не узнала цену искупления.
Зато ее познала я. Моя жизнь была дьявольской проделкой. Когда матушка померла, я была юной. У меня едва пошла первая кровь. Одиночество не пугало меня. И с голоду помереть страха не было. Я умела работать и не боялась труда. Но мне никто не сказал, что не всякую работу выбирают.
