— Только намотайте себе на ус — не открывать никому. Да, и вот ещё что… Я мужиков знакомых пришлю. Поставят новую дверь и другие соответственно замки. Эту оставлять дальше нельзя, раз у них есть ключи.
Лена тоже поднялась и преградила ему путь.
— Спасибо, сколько я должна за магазин и всё остальное, помощь в общем?
Он поднял, как пушинку её под локти и переставил в стороночку.
— Ну что вы, какие пустяки, сочтёмся когда-нибудь. Вы мне книжку подпишете. Свой последний детектив.
— Как это?
— Считайте, что работал я безвозмездно, в своё удовольствие, так сказать…
— Ничего не понимаю… "Для него, похоже, не существует неловких положений или затруднительных ситуаций. К таким всегда хоть и злятся, а тянутся люди. Обаятельный парень, только вот меня отчего-то не просто злит, а бесит".
— А тут и понимать нечего, запри на все запоры за мной дверь. Детективы пишешь, а ведёшь себя, как ворона, — утопил он её в наглом взгляде и ушёл.
Лена отпрянула от хлопнувшей двери. "Какой гад! А я растаяла. К тому же он прав, надо быть поосторожнее". Она вернулась к столу. Данька, как будто ждал того и враз озадачил её вопросом:
— Послушай, ма, он мало похож на телефонного мастера. Тебе не кажется это подозрительным.
Лена удивлённо вздёрнула плечико.
— А кто же он, если пришёл по моей заявке. Ой, не путай меня. Голова и так идёт кругом. Сейчас всякий народ работает и многие не в сфере своей профессии и образования.
Данька, отправляя картошку в рот, с набитыми щеками ввернул:
— Может это продолжение с сантехникой и бандеролью.
Лена оторопела от такого предположения, а потом активно замотала головой.
— Но ведь он работал вместе со мной, ещё и пакет покупок принёс. Аферисты так не поступают.
Но Данька, повозив ножом по вилке, под противный скрип выдал:
— Телефонные мастера тоже.
Только Лена не желая больше думать об этом, отмахнулась:
— Ах, хватит на сегодня головоломок, пойдём спать. Завтра с утра я продолжу разбор.
Но уснуть, так запросто, не получилось. Из головы никак не лезла эта проклятая дискета. Надо немедленно спрятать, но куда? Перерыла все места, что использовались для тайников в фильмах и детективах, но всё отмела за непригодностью. "А, ну его к дьяволу! надо рассуждать по-бабьи. Вот куда бы спрятала лично я, Лена Долгова?" Она прокрутила перед глазами опять всю квартиру и остановилась на венике. "А что, вполне подходяще. В самую середину. Данька его в жизни в руки не возьмёт…". Воодушевлённая, она соскочила с кровати и принялась за дело. В один миг дискетка опустилась в пакетик и приляпалась скотчем к прутикам внутренней части веника. Она покрутила веник и удовлетворённая проделанной работой пошла в спальню. Постояла у окна, и, жалея уходящую осень, подумала: — "В оголённых ветках есть своя прелесть. Чрез них видно всё и небо, и жизнь. Зима опять же — поле чудес. Не известно, что выиграешь, но эмоций нахлебаешься через край. К тому же в ту пору я впадаю в спячку, постоянно что-то жую и борюсь со скукой. Всё время кажется, что времени ни на что другое просто не хватит. Утром темно, после полудня опять темно. А я темноту любила только в молодости. Мы вдвоём с Долговым и звёзды сплетницы. А вообще-то надо во всёх грустных обстоятельствах находить приятную сторону". Выполнив всю эту программу, нырнула под одеяло и уснула, не успев закрыть глаза, моментально.
Ни свет, ни заря разбудил дверной колокольчик. "Кого чёрт с утра пораньше принёс?" — еле отняла она голову от подушки. Потягиваясь, набросила халат и подошла к окну. Показалось, что потеплело, но всё обман, холодная жёлтая заря вставала из-за соседних домов. Мимоходом бросила взгляд на часы: нет и пяти, кому так приспичило… Влезла в тапочки. Шла не торопливо. Может быть, позвонят и уйдут. Но не тут-то было, звонок не смолкал. Тихонько подкралась к дверному глазку. Заглянула. На площадке в спортивном костюме стоял Никита. Упала цепь, и лязгнули, захлебнувшись металлическим кашлем один за другим замки. Она не успела даже удивиться или «здрасте» сказать, как гость отпихнув её прошёл в квартиру.
— Чего долго не открывала, воров нет, а драгоценное время утекает, — пробасил он недовольно вместо приветствия.
— Доброе утро! Что-нибудь у нас забыл? — покосилась она на него тоже весьма не радостно. Она уже успела забыть про него и отломить из своей жизни, как отсохшие ветки.
— Пропылесосить вчера, отойди — ка, — бесцеремонно отпихнув её, он прошёл в гостинную. — Спишь много. Не иначе всю ночь дешёвые книжонки свои пишешь. Приготовь-ка завтрак. Даньке в институт самое время и я после пробежки не откажусь.
