– Правда? – она несмело улыбнулась.
– Абсолютная правда! – уверила я. – Спасибо вам, Людмила Васильевна, за заботу. Я вчера немного… переоценила свои возможности.
– Ах, это! – женщина расслабилась. – Да не за что! Это же моя работа! – Она повернула повеселевший взгляд к хозяину. – Александр Сергеевич, так завтрак готов. Вам сюда подавать или же как?
Я почувствовала, как при этих словах мой желудок сдавило в спазмах.
– Валяйте сюда! – злорадно выговорил Милостивый, заметив моё перекосившееся лицо. – И побольше, Людмила Васильевна!
– Я не буду! – быстро сказала я и взяла кочергу наперевес. – Я вообще по утрам не ем.
– Ты серьёзно? – Алекс с напряжением следил за раскачивающейся в моей руке железкой.
– Абсолютно! – кровожадным голосом заявила я.
– Ну ладно, – сдался он. – Что же я, зверь какой. Не надо завтрака, Людмила Васильевна. У меня тоже почему-то аппетита нет…
– Как скажете!
Кивнув, тётушка ретировалась, плотно прикрыв за собой дверь. Я опустила кочергу.
– Ты ненормальная, Василиса.
– От ненормального слышу! – выдохнула я. – Ну!
– Что – ну?
– Расскажешь всё или глазки будем строить?
– От глазок я бы не отказался, – хохотнул он, но быстро присмирел под моим свирепым взглядом. – Да чего тут рассказывать! Ты вчера, Василиса Микулишна, настолько… хм… переоценила свои возможности, что в гостиницу волочь твоё безжизненное тело я побоялся. Ещё бы мокруху пришили, а оно мне надо? Короче, единственным местом, где бы мне не задавали лишних вопросов, был мой дом.
– Можно подумать, обычно ты перед всеми отчитываешься! – съязвила я.
– Ты думаешь, если у меня бабла немерено, то я хамло и идиот? – обиделся он. – Я, если тебе угодно, законопослушный гражданин Арбузова, кого хочешь спроси! Вон, папашу Гройса или Савву Пирамидова, к примеру.
– С папашей Гройсом я ещё поговорю, – пообещала я. – А Пирамидов кто такой?
– Дружбан мой, бывший правда. Вместе начинали, потом наши пути-дорожки разбежались в разные стороны.
– Конкурент, значит.
– Да какой он мне конкурент! – Алекс фыркнул. – Савва против меня – что сиреневый куст против баобаба.
– Ты, значит, у нас баобаб, – хихикнула я.
– Аллегорически, дурёха, – он улыбнулся. – Ну что, мир?
– Ладно, мир!
Я первая протянула ему руку, которую Алекс с чувством пожал, другой рукой хватаясь за кочергу.
– Уберу от греха подальше.
Он повесил железяку на крючок рядом с металлическим совком и ещё какой-то штукой, похожей на огромный пинцет.
– Кстати, а камин настоящий?
– Обижаешь! Подделок не держим. Моя Арина вообще суррогаты не признаёт.
– Жена? Так это её комната?!
– А чего ты так всполошилась? – усмехнулся Александр. – Даже если и её, что тут такого?
– А ты сам не понимаешь? – возмутилась я.
– Не парься, не её, – он пожал плечами. – Арина – моя дочь.
– А где она сейчас?
– На учёбе.
– Так она скоро придёт?
– Не скоро, – усмехнулся Алекс. – На зимние каникулы обещала, и то не факт. Если со Швейцарией у них не выгорит, то приедет.
– Так она в Москве учится?
– Почти. В Кембридже.
– А-а-а, – протянула я, вкладывая в свой тон особенный смысл. – Понятно…
– Что тебе понятно?
– Да так, ничего…
Я пожала плечами, тут же устыдившись своих мыслей. Если у человека есть деньги и возможности, почему бы не отправить своего отпрыска учиться в самое лучшее заведение мира? Я бы тоже так сделала, будь у меня собственный ребёнок…
– А жена твоя где?
– В Караганде! Послушай, хватит уже о моих родственниках говорить.
– Будем о моих? – усмехнулась я.
– Я бы лучше поел, Алиска… Ой, Василиса Микулишна.
– Да ладно, называй как хочешь! – махнула я рукой. – Знаешь, я тоже проголодалась.
Завтрак прошёл под несмолкаемую песню Сергея Мазаева.
Только Алекс открывал рот, чтобы спросить у меня что-то, как его телефон, перебивая хозяина, начинал настойчиво приставать с одним и тем же вопросом: «Где ты листаешь закаты, целуешь рассветы?»
Сначала я улыбалась, потом хмурилась, а затем просто махнула рукой и углубилась в собственные мысли, не забывая получать удовольствие от вкусной еды. Повара этого дома постарались на славу.
В конце концов Александр не выдержал, решительно отключил телефон и вздохнул.
– Извини!
– Да ладно, я же понимаю. Бизнес есть бизнес.
– Слушай, всё забываю у тебя спросить: а ты кем сейчас трудишься? – он отложил пустую тарелку в сторону и придвинул к себе чашку с кофе. – Я же понимаю, что модельный бизнес имеет ограничение по возрасту… Извини, если обидел, но факты – упрямая вещь.
– У тебя слегка устаревшие сведения, милый. Сегодня женщина в любом возрасте может быть востребованной, будь она манекенщицей или фотомоделью. Это вопрос выбора и желания.
– А что выбрала ты? Судя по безупречному внешнему виду, индустрия красоты всё-таки остаётся для тебя важной составляющей жизни?
– Так и есть, – я улыбнулась. – Но на подиум я больше не выхожу. Точнее, выхожу, но в другой роли.
– Видимо, как учитель?
– Ты угадал. Очень часто спортсмены становятся тренерами, и я не исключение.
– Значит, ведёшь курсы в каком-нибудь агентстве?
– И само агентство тоже, – усмехнулась я. – Это мой бизнес, Алекс. Я – хозяйка модельного агентства. У нас даже свой театр моды есть, детский.
