– Слушай, но это же здорово! – он прицокнул языком. – Я всегда знал, что у тебя есть организаторские способности. Про ум и обаяние даже говорить не буду.
– И не говори, – улыбнулась я.
Следующие несколько минут прошли в молчании, во время которого мы, посматривая друг на друга, наслаждались вкусом кофе.
– Василиса, у меня к тебе предложение… – наконец, нарушил тишину Алекс.
– Спать я с тобой не буду, – быстро сказала я, чем вызвала у собеседника нервный смешок.
– Да я и не собирался! – вяло запротестовал он.
– Ага, рассказывай, – усмехнулась я. – У тебя на лбу все мысли и желания написаны, господин президент.
– Вообще-то я о другом хотел сказать. Но только не пойми меня превратно, пожалуйста! Предлагаю тебе, пока ты не решила все свои дела, пожить в моём доме.
– С далеко идущими планами?
– Ты о чём? – он невинно округлил глаза. – Или ты сейчас о своих планах говоришь? Замуж за меня собралась? Так я тебе сразу могу сказать – я пока женат.
– Прекрасная новость!
– Значит, ты согласна? – оживился он.
– Нет. Меня устраивает мой номер в гостинице. И независимость. А также репутация…
– Которая за эти дни весьма ощутимо пострадала, – он осклабился. – Сначала нежная встреча в моём кабинете, потом попытка взлома, далее психушка и, наконец, отчаянное желание попасть в вытрезвитель…
– Да, не хило набралось, – рассмеялась я. – Но добавлять к этому списку проживание в доме женатого мужчины я не собираюсь.
– Ты всё же подумай, Василиса!
– Я подумаю, – я приложила к губам салфетку. – Спасибо, Алекс, всё было очень вкусно.
– Представь только, такой завтрак, а также обед и ужин могут ждать тебя здесь каждый день! – с восторженным пафосом воскликнул Милостивый.
– Ты рекламные ролики записывать не пробовал?
– Не поверишь, пробовал, – рассмеялся он. – На спор. Как-то на корпоративе поспорил с главой нашего рекламного отдела, что сваяю ролик о нашей продукции быстрее, чем весь их отдел, вместе взятый.
– Сваял?
– Ага. До сих пор по телеку крутят! – с гордостью сказал Алекс.
– А некоторые на спор в медицинский институт поступают… – задумчиво пробормотала я.
– Это ты о ком?
– Да этот ваш Знаменский…
– А, главврач психушки! Кстати, мы же с тобой не определили план дальнейших действий!
– Ты не определил, а я уже всё продумала. Ты сможешь добыть мне сведения о докторе Беляеве? Где он живёт, с кем… Чем больше я о нём думаю, тем увереннее прихожу к мысли, что тут дело нечисто.
– Думаешь его потрясти?
– Он пока единственный подозреваемый. Если не считать самого скульптора, но я пока не хочу его трогать, чтобы не спугнуть.
– Прямо детектив какой-то!
– А ещё, Алекс… – я помолчала. – Я хочу побольше разузнать о парне, которого в психушке встретила.
– Ты про того маньяка, который к тебе приставал? – удивился Алекс. – Зачем он тебе?
– Он не маньяк! – уверенно заявила я. – А зачем, я и сама не могу сказать. Жалко его как-то…
О том, что мои чувства к незнакомцу гораздо сложнее и тоньше, вслух говорить не стала.
– Лучше бы ты меня пожалела, мать! – Александр скорчил умильную рожицу. – Видишь же, иссох по тебе красный молодец!
– Ступай-ка ты, красный молодец, на работу! – я встала. – До гостиницы меня подбросишь?
– Куда я теперь денусь, – вздохнул он.
– Кстати, а правда, что ты павлинов для продажи разводишь?
– Кто тебе такое сказал?!
– Да есть один тип…
Я понимала, что именно тянуло меня сюда, к ней, и теперь, когда оказалась с ней с глазу на глаз, почувствовала это ещё сильнее. Она была очень похожа на меня внешне, но пульсировало в ней то, чего никогда во мне не было. Моё собственное видение себя с детства было наполнено силой и твёрдостью, а девушка, в лицо которой я сейчас с таким вниманием всматривалась, сияла нежностью и трепетной глубиной. Она дышала умиротворением и выдыхала из себя покой и свет. Не зря я в первый же день ощутила исходящее от бронзы тепло.
Загадка. Загадка, как такой угрюмый человек, как Черняев, смог создать этот лёгкий образ…
Телефонная трель заставила меня нехотя потянуться к сумочке.
– Душа моя, записывай адрес! – в голосе Милостивого слышалось ликование.
– Чей? – не сразу сообразила я, всё ещё находясь во власти размышлений.
– Ты там, чай, не пьёшь без меня?
– Чай не пью. И то, о чём ты подумал, тоже.
– Адрес нашего подозреваемого! Если бы ты знала, с каким трудом мне удалось его достать! – это уже было сказано в расчёт на поощрение.
– Я не сомневалась в тебе! – похвалила я его и достала блокнот. – Диктуй.
– Последний переулок, дом восемь, квартира тридцать шесть.
– Подожди, какой переулок, я не расслышала…
– Последний! Это название переулка – для тех, кто не понял.
– Ничего себе! Он, наверное, на краю города находится?
– Ты угадала. Теперь смотри: у меня перерыв будет только через два часа, раньше вырваться не смогу…
– Ерунда…
– Подождёшь? – обрадовался он. – Можешь пока в кафе зайти, разрешаю.
– Ерунда, – повторила я. – Сама навещу нашего подопечного. Я думаю, у него сегодня как раз выходной после вчерашнего дежурства. Хотя с этими медицинскими работниками пойди угадай…
– Алиса, мне не нравится твоя идея! Пойми, это может быть очень опасно!
