Всю эту неделю Сюзанна ничем особенно не занималась. Правда, переделала кучу домашних дел, до которых после открытия магазина у нее не доходили руки: помыла окна, повесила занавески, покрасила стенку на кухне. И даже пару раз приготовила обед, как ни странно вполне съедобный, хотя сама к еде не притронулась. Она не сообщила Нилу о временном закрытии магазина. А когда Нил случайно узнал об этом от одного знакомого, который поинтересовался, скоро ли откроется магазин, то ни слова не сказал Сюзанне. Если Нил и заметил, что жена в последнее время непривычно притихшая, то тоже предпочел промолчать. Ведь у обоих был сейчас тяжелый период. Горе – странная штука. Да и вообще, после той памятной ссоры установившееся между ними перемирие казалось крайне непрочным. Более того, Нил уже успел понять, что семейная жизнь – это настолько непознанная область человеческих отношений, что иногда лучше промолчать.
И вот в понедельник, ровно девять дней спустя, Сюзанна встала в половине восьмого. Наполнила ванну (в коттедже не было душа), вымыла голову, наложила макияж и надела свежевыглаженную блузку. В этот прекрасный день, правда достаточно ветреный для того, чтобы волосы растрепались, а на лице появился румянец, она согласилась на предложение Нила, у которого выдалось свободное утро, подбросить ее до магазина. Недрогнувшей рукой она вставила ключ в замок стальной двери и открыла магазин. Предложила строителям горячего чая, рассортировала почту, отметив – со смешанными чувствами, – что засохшие цветы, стоявшие в огромных количествах, исчезли, но появились новые букеты, включая элегантный букетик от Лилианы, вытащила из сумки вещи, которые собирала в течение недели, вещи, которыми в свое время дорожила, вещи, когда-то выбранные ею именно из-за их внешнего вида. Она сосредоточенно выложила все на розовый столик и принялась собирать то, что некогда принадлежало Джесси.
Первым покупателем оказалась миссис Крик, в чем, впрочем, не было ничего удивительного. А тот факт, что миссис Крик появилась сразу после открытия, навел Сюзанну на мысль, что ее постоянная клиентка последние несколько дней явно сидела неподалеку в засаде, не спуская глаз с магазина, в ожидании момента, когда его дверь вновь распахнется. Ветер потрепал миссис Крик не меньше, чем Сюзанну; серебристые волосы почтенной дамы, словно наэлектризованные, торчали во все стороны из-под вязанного крючком берета.
– Вы не говорили, что собираетесь закрыться, – положив сумку на соседний столик, осуждающе заявила миссис Крик.
– Я и сама точно не знала. – Сюзанна пыталась найти любимую кружку Джесси, ради чего сдвинула всю посуду на полке.
– Это плохо для торговли.
Слава богу, нашла! Синяя с белым, с нарисованным бульдогом и словами «chien méchant»[13] с другой стороны. Джесси говорила, что надпись напоминает ей о том, каким иногда по утрам бывает Джейсон. Она находила это забавным.
– Пока вас не было, мне пришлось ходить в «Кофейник». А у них невкусные сэндвичи. Но вы не оставили мне выбора.
– Но я же не подаю сэндвичи!
– Не в этом дело, дорогая. После половины одиннадцатого вам подадут кофе, если только вы закажете какую-нибудь еду. Нет, но вы только подумайте: сэндвич с самым дешевым сыром и помидором стоит у них более двух фунтов!
– Скажи, тебе нужны эти коробки, заклеенные скотчем? – Нил поднялся из подвала, отряхивая штаны. – На них написано «Рождество», так что, полагаю, их пока еще рановато доставать.
– Нет. – Сюзанна повернулась к мужу. – Пусть полежат в подсобке. Чтобы не мешали проходу к другому товару.
– Тебе еще стоит сказать спасибо, что строители внесли все обратно. – Нил махнул рукой в сторону подвала, где ровными рядами выстроились упаковочные коробки, словно заставляя забыть о том, что там совсем недавно был наведен идеальный порядок и сделана перестановка. – А не то коробки наверняка растащили бы прохожие.
– Нет, здесь это не принято, – ответила Сюзанна, в данный момент не испытывавшая ни к кому особой благодарности. В частности, к строителям, которые обошлись ей в лишних четыреста фунтов, полученных по страховке, и за день уничтожали чуть ли не половину ее запаса самого лучшего бразильского кофе. – Ну как, выпьешь еще кофе или тебе уже надо бежать?
– Нет, пока достаточно. Хочу до ухода постараться сделать как можно больше, чтобы ты наконец смогла спокойно разобраться наверху, – заявил Нил и снова исчез внизу.
– Это ваш муж? – Миссис Крик вертела в руках старый журнал.
И то, с каким видом она проводила глазами Нила, словно Сюзанна, отправив мужа в подвал, поступила не слишком благородно, привело Сюзанну в крайнее раздражение.
– Да, – бросила она, продолжив раскладывать товар.
– Я заметила его на похоронах.
– О…
– А вы ее видели?
– Кого?
– Эмму, ее дочку. Славная девчушка. Я сшила ей костюм маргаритки.
– Я в курсе, – ответила Сюзанна, обращаясь скорее к лежавшим перед ней розовым бумажным цветам.
