Охотник за нечистью, вооруженный одними клинками, вышел на след крупного, но, как он думал, неопытного оборотня. А древний оборотень в это же самое время выслеживал молодую «девушку» в красном плаще.
========== Пролог ==========
Энди Хантер, посланник бургомистра Хью Уилбера, спрыгнул с коня прямо в лужу, которую не заметил в темноте, и с силой забарабанил в запертые ворота постоялого двора. Если бы не дождь, который превратил дорогу в непролазную грязь и спутал все его планы, он бы еще до сумерек добрался до Глостера, заночевал бы в объятиях какой-нибудь красотки на пуховой перине в самой дорогой гостинице, а с утра продолжил бы путь до деревеньки Флетбери, являвшейся конечной его целью. Что ни говори, а комфорт он любил при его-то работе. Но теперь выбирать не приходилось.
Скрипнула дверь и недовольный голос зычно гаркнул с порога:
— Кого принесла нелегкая в такой час?
— Посланник бургомистра, — крикнул в ответ Энди.
— Бумага на сей счет имеется?
— Имеется. Как же без этого?
Энди стянул кожаную перчатку с руки и полез за пазуху, чтобы извлечь сложенный вчетверо лист бумаги с гербовой королевской печатью, в которой было прописано, что он, Энди Хантер, — борец с любой нечистью, которая может завестись в королевстве, и ему следует оказывать всякое и всяческое содействие. Он редко извлекал королевский приказ на свет божий, только тогда, когда требовали, как, например, сейчас. Не злоупотреблял своим особым статусом. За гостиницы платил исправно из заработанного за честно выполненную работу, впрочем, и за хорошую кухню тоже. Но уж если вдруг потребовали предъявить бумагу, то тогда будьте любезны обеспечить его всем необходимым и обслужить по высшему разряду.
Слышно было, как зашлепали босые ноги по лужам, явно не хозяин постоялого двора заспешил к Энди, а затем заскрипел отодвигаемый засов на воротах.
— Покаж бумагу, — из-за ворот появилась вихрастая голова парнишки лет пятнадцати.
— Ты читать-то хоть умеешь? — усмехнулся Энди.
— Не боись, разберу, что там прописано, — надулся паренек, протискиваясь в образовавшуюся щель к Хантеру. Он держал в руках свечу, чтобы взглянуть на королевский приказ.
— Дождь идет, — проворчал недовольно Энди, не торопясь предъявлять документ. — Намокнет, чернила поплывут.
— Следуй за мной, — согласно кивнул парнишка, беря под уздцы коня, нетерпеливо переступающего с ноги на ногу. Как было ему приказано, он убедился, что за воротами, кроме посланника бургомистра, никого больше нет, мало ли кто шастает по ночам, поэтому его спокойно можно пустить в дом, не опасаясь ни за жизнь, ни за здоровье хозяев и постояльцев.
Ни одно окно длинного одноэтажного здания постоялого двора, обвитого плющом до самой крыши, не светилось, и только из-под двери пробивалась узкая полоска света.
Задержавшись на крыльце, Энди удостоверился, что и его коню тоже предложат место в стойле и охапку душистого клевера. После этого он стянул с себя дождевик и с силой стряхнул с него дождевую воду.
«Неплохо было бы, чтобы камин был разложен, тогда хотя бы оставалась надежда, что обувь и одежда просохнут до утра», — подумал Энди, тяжело вздохнув. Угораздило бургомистру отправить его с важным заданием в дальнюю часть округа в такую мерзкую погоду. Совершенно не хотелось натягивать на себя поутру снова все мокрое. Конечно, можно было бы перетерпеть — до Флетбери оставалось не более суток пути, а вот в Глостере теперь он задерживаться не станет, а просто объедет его стороной…
— Ужинать будете? — рыкнул хозяин постоялого двора. Его голос полностью соответствовал внешнему облику — высокий, широкоплечий, с лицом, словно вырубленным мастером из цельного куска камня, но потом передумавшим довести свое творение до совершенства.
— Буду, — ответил Энди, хотя до этого совершенно не собирался этого делать. Но в тепле на удивление уютного обеденного зала, освещенного в поздний час лишь несколькими свечами, почувствовал, насколько голоден. А еще совсем недавно, сидя на осторожно ступающем по раскисшей дороге коне, он мечтал лишь о сухой постели и чистом белье. В другое время тот быстрее ветра домчал бы его из цитадели до Глостера — был нетерпелив и скор, под стать своему хозяину. Но шедший без перерыва вторые сутки дождь и его планы нарушил — резвому животному приходилось плестись со скоростью улитки, опасаясь за свои копыта и шею седока. И никакие удары кнута по его бокам не смогли бы заставить его двигаться быстрее.
— Ребекка! — рявкнул хозяин, приоткрыв дверь, ведущую куда-то во внутренние помещения.
Энди подсел поближе к еще не погасшему очагу, чтобы хоть немного обсохнуть. Миловидная полнотелая хозяйка появилась довольно быстро. Она выставила перед ним кувшин с домашним элем, миску с хлебом и горшок, накрытый крышкой, с каким-то варевом.
— Извините, — произнесла она виновато, — это все, что осталось от ужина. Мы не ждали гостей так поздно.
— Непогода, — многозначительно ответил Энди, беря в руки солидный кусок хлеба и снимая крышку с горшка. — Тушеное мясо с овощами! — воскликнул он непроизвольно.
Женщина довольно улыбнулась, что угодила гостю, и кивнула в ответ.
— Иди к себе, — хозяин оттер жену от стола, за которым сидел Хантер. Даже когда он говорил негромко, голос его звучал весьма грозно, с таким лучше не спорить и не вступать в перепалку.
