Утечку газа устранили. Братья, на всякий случай продолжая протестовать, вернулись в конце концов в отведенное им стойло. К газовой яме были направлены рабы, чтобы убедиться в исправности системы.
Одо взял брата под руку.
— Как ты уже наверняка успел заметить во время поездки по городу, здесь неподалеку есть церковь. Сегодня я заказал там небольшую вечернюю благодарственную службу. Вы выжили, и бога Азоиаксика следует возблагодарить за это.
— Ты так внимателен и добр, брат. Но должен предупредить: я свободен от всяких религиозных верований.
— Эта маленькая служба необходима, — ответил Одо, предостерегающе поднимая палец. — Служба позволит тебе официально встретиться со всеми нашими родственниками. Твой дух подорван, брат, но это и понятно, виной тому многочисленные бедствия, выпавшие на твою долю. Ты должен взять себе хорошую женщину или хотя бы рабыню, чтобы она сделала тебя счастливым. Кто эта иноземка, по имени Торес Лахл, которая прибыла с остальными на твоем корабле?
— Она рабыня, принадлежит Лутерину Шокерандиту. Она врач — и очень преданный своему делу. Лутерин приятный молодой человек, к тому же родом из Харнабхара. Насчет капитана Фашналгида не знаю. Он дезертир, хотя я его не виню. Свое плавание я начал раньше, чем жирная смерть пришла к нам, а на борту корабля была женщина, которая много значила для моего душевного покоя. Увы, она умерла во время эпидемии.
— Она была кай-джувек, брат?
— Нет, но она опустилась как голубка на ветвь моего дерева. Она была доброй и преданной. Ее имя — я должен назвать его тебе — было Беси Бесамитикахл. Она значила для меня даже больше, чем...
Одим неожиданно умолк: к ним подбежал Кенигг с вновь приобретенным другом. Одим улыбнулся и взял сына за руку, а его брат проговорил:
— Так помоги мне найти для тебя другую голубку, которая опустится на ветви твоего дерева. У тебя лишь один брат, но поверь, в воздухе кружит очень много голубок, которые только и ждут подходящей ветви, чтобы опуститься на нее.
Благодаря щедрости и гостеприимству Одо Лутерину Шокерандиту и Харбину Фашналгиду отвели небольшую комнату под самой крышей. Источником света в комнате было единственное чердачное окошко с видом на внутренний дворик, где беспрестанно сновали по разным надобностям родственники и слуги. В комнатке в нише имелась и небольшая плита, на которой рабыня могла готовить пищу.
Оба получили по деревянной кровати, приподнятой над полом и покрытой коврами. Предполагалось, что Торес Лахл будет спать на полу у кровати Шокерандита.
Пока Фашналгид спал, Шокерандит забирал Торес к себе. Так, обняв свою рабыню, он проспал всю ночь. И только когда Шокерандит поднялся, Фашналгид тоже зашевелился.
— Лутерин, к чему вскакивать в такую рань? — широко зевая, спросил он товарища. — Разве вчера за ужином ты выпил недостаточно вина за столом семейства Одимов? Отдохни, приятель, и ради Азоиаксика позволь своему телу восстановить силы после этого жуткого плавания.
Повернувшись к капитану, Шокерандит ответил ему, глядя сверху вниз и улыбаясь:
— Вина я выпил достаточно. Но теперь я хочу поскорее отправиться в Харнабхар. Здесь у меня неопределенное положение. Я должен побыстрее увидеться с отцом.
— К чертям отцов. Пусть их духи грызут нам сапоги.
— У меня есть и другая забота — и тебя это тоже касается. Олигарх занят войной с Брибахром, однако он прислал сюда военный корабль. Вскоре могут появиться другие корабли. Наверняка нас обоих скоро заметят. Чем быстрее я отправлюсь отсюда в Харнабхар, тем лучше. Почему бы и тебе не поехать со мной? Там ты сможешь жить в безопасности и работать у моего отца.
— В Харнабхаре вечные холода. Разве не такая слава у этих мест? И как далеко на север нам еще нужно забраться?
— Дорога в Харнабхар доходит до двадцать второй параллели.
Фашналгид рассмеялся.
— Хорошо, я еду с тобой. И останусь там. Дождусь корабля в Кампаннлат или Геспагорат. Потому что я соглашусь на все что угодно, только не на твои холода, Лутерин.
— Успокойся. Мы должны привыкнуть уживаться друг с другом — это во-первых. Мужчины должны научиться ладить: дорога в Харнабхар того требует.
Фашналгид вытащил руку из-под мехов и протянул ее Шокерандиту.
— Отлично, ты — человек системы, я против системы, но это не мешает нам оставаться друзьями.
— Ты считаешь меня человеком системы, но после своего превращения я оказался по другую сторону баррикад.
— В самом деле? И все равно стремишься к своему отцу в Харнабхар.
Фашналгид рассмеялся.
— Обычно конформисты понятия не имеют, на что соглашаются. Лутерин, ты мне очень нравишься, хотя иногда мне кажется, что я сломал тебе жизнь, когда остановил тебя под Кориантурой. С другой стороны, кто, кроме меня, мог спасти тебя от когтей олигархии, так что ты должен быть мне благодарен за это. Достаточно благодарен, чтобы позволить сегодня утром попользоваться в своей постели твоей Торес Лахл. Как ты на это смотришь?
Шокерандит покраснел.
