А еще Пит думал о том, что сказал Профессор об Ирине. «Хорошо бы перетянуть ее на нашу сторону». Это стало для него сюрпризом, но оказывается, он привязался к своей аспирантке. Он осознал это теперь, когда ее не было рядом так долго. Она нужна ему для работы. И – он был честен с собой – не только для работы. Он испытывал потребность видеть ее тонкую фигурку и большие каре-зеленые глаза, горящие предчувствием будущих открытий. Она оказалась нужна ему как женщина, черт возьми.
Хорошо бы действительно заполучить ее сюда. Тем более если она так ищет встречи с ним, что создает проблемы даже Профессору. Пит усмехнулся. Это он мог представить. Когда ей что-то нужно, она просто берет это.
Встреч с Юлей и Светой больше не было. Иногда Михею позволяли видеться с Питом, но тот все больше отдалялся. Михею запрещалось обсуждать с кем бы то ни было его работу, а больше и поговорить не о чем.
А работа ему досталась тяжелая. Другой был бы доволен, но Михею не нравилось. Назначили его обслуживать один этаж. Даже часть этажа, всего десять комнат. Администратор дал ему инструкцию и целый час на ознакомление. Михей сначала удивился: что там изучать? Принести завтрак, обед и ужин, сменить полотенца, убраться в комнатах и в коридоре. Вроде и без инструкции понятно. Да вот только жильцы в комнатах оказались непростые.
– Без предупреждения не входи. Постучи сначала. Вот, окошечко видишь? В него дай приказ. Будешь выполнять как сказано – цел останешься. Замучился я уже клинеров тут менять, – учил администратор. Он постучал, демонстрируя Михею порядок действий. Сразу после стука в дверь заскреблись.
– Настенька, отойди от двери. Сядь на кровать, – скомандовал администратор.
За дверью послышалось легкое шлепанье босых ног.
Немного выждав, они вошли. Михей обомлел. Абсолютно голая красавица сидела на кровати прямо возле двери. Кудрявые густые локоны волнами спадали на покатые плечи и пышную грудь, доставая до пупка. Нежный изгиб бровей, таких же черных, как и волосы, придавал лицу какое-то особенно беззащитное выражение. Длинные ресницы оттеняли стыдливо розовеющие щечки. Руками девушка поглаживала необычайной красоты бедра.
Неожиданно Настенька упала на колени и поползла к Михею. Администратор уверенным движением вытолкал его, остолбеневшего, обратно за дверь.
– Сука, кровать к двери подтянула, – пробормотал он себе под нос. – А ты не стой столбом. Что, инструкцию плохо читал? Нельзя им давать к себе подходить или прикасаться. Дотронулась – считай, труп.
– Почему?
– Попробуй – узнаешь, – огрызнулся администратор.
– Почему она голая?
– У нее спроси. Разделась специально для тебя. Они мужика через дверь чуют, как собаки. Поначалу тяжело будет, пока не привыкнут.
Администратор дал Настеньке приказ одеться, отойти в дальний от двери угол и стоять там неподвижно. Девушка выполнила все в точности, правда, оделась только в шляпку с вуалью, так что Михей все время натыкался взглядом на ее прелести. Уже в конце уборки, когда он собирался закрыть дверь, девушка опустилась на колени и заплакала.
– Прикажи мне, властелин, прикажи, – зашептала она и потянула к нему руки.
Михей снова остолбенел, так что администратору пришлось спасать его второй раз.
– Ты вот что, мужик. Сейчас хорошо подумай и еще раз инструкцию перечитай. Наизусть выучи. Еще одна такая оплошность, и никто тебе не поможет. Эти барышни, они… крыша у них в отъезде. Они тебя вроде как богом считают. Не только тебя, любого мужика. И все время хотят этого самого. Ну, ты понял. А цепкие такие, хрена вырвешься. Только попадись, сделают с тобой то самое, сам не заметишь, как произошло.
– И что?
– То, что они неприкасаемые. Каждая принадлежит… – Администратор потыкал пальцем в потолок, намекая на высшее начальство. – В комнатах камеры понаставлены. Увидят, как ты их бабу пялишь, и все, конец тебе. Да и ей тоже. После таких инцидентов их… – Он провел рукой по горлу. – А ты в лучшем случае умрешь быстро. В худшем… в общем, ты понял. Баб трогать нельзя, и нельзя, чтоб они к тебе приближались.
Администратор посмотрел на очумелое лицо Михея, усмехнулся и продолжил:
– Раз тебя сюда назначили, значит, ты к этому делу устойчив. Да не бойся ты, мужик. Они приказа всегда слушаются. Подчиняются сто процентов. Только приказы правильно надо давать. Вот я сказал «оденься», и она оделась. В шляпку. Сказал бы «надень платье или халат» – она бы сделала. Всегда можешь приказать ей сделать три шага назад и стоять смирно. Они выполняют. Главное, вовремя сказать.
Михей никак не мог переварить увиденное.
– Зачем меня-то сюда назначили? Поставили бы женщину на уборку, и дело с концом, – возмутился он.
Администратор вздохнул:
– Пробовали уже. Не любят они свою сестру. Любая ошибка – насмерть загрызают. И где в Зоне столько женщин взять, если их менять приходится чуть не каждую неделю? Вас-то, сталкеров, тут полно бегает, а женщину поди поищи. Так что привыкай.
– Могу я им приказать самим в комнате убраться, чтоб не ходить там долго? – спросил Михей.
Администратор усмехнулся.
