— Отнюдь — сказал второй из приглашенных, Альберт Кранчи, внешне представлявший собой полную противоположность Гору — невысокий, полноватый, с живописной шевелюрой соломенного цвета волос — исследования сворачивать ни в коем случае нельзя. Тем более что вы достигли, определенных успехов, не так ли доктор? Неужели знает?
— О каких успехах вы говорите?
— И поэтому мы предлагаем не свернуть исследования, а перенести их в другое место. Которое не известно разведке противника — Кранчи демонстративно не обратил внимания на предыдущий вопрос Маршала — именно это мы и хотим вам предложить, доктор.
— А вы представляете себе, что это значит на практике — свернуть исследования в одном месте и перенести их в другое? — все тем же недобрым тоном, раздраженный бестолковым вмешательством непрофессионалов в научные дела поинтересовался Питер Маршал — это не значит, просто взять несколько папок с бумагами и перевезти их в другое место. Здесь куча лабораторного и компьютерного оборудования, подопытные животные, специалисты. Просто так это все не перевезешь. Кроме того, наши исследования нужно проводить в здании с максимальной степенью биологической защиты, если вы, конечно, не хотите, чтобы в один прекрасный день вымерло пол-Америки. У вас есть такое здание, или вы считаете, что мои исследования можно проводить и в сарае?
— Мы, конечно, так не считаем, доктор — улыбнулся Кранчи — напишите требования к помещениям и оборудованию и через десять дней все будет сделано в точности с вашими требованиями. Перемещение животных и сотрудников мы тоже берем на себя.
— Это означает, что у вас уже есть помещение с высшей степенью биологической защиты? — недоверчиво поинтересовался Маршал — его надо несколько месяцев только переоборудовать из готового, а если строить с нуля — то не меньше года.
— Вы все сами увидите… — вступил в разговор Гор…
— Твою мать… — генерал О.Хара, выслушав рассказ брата, просто посерел — вашу мать, яйцеголовых умников! Чтоб вас всех! И ваши долбанные пробирки тоже! Другие офицеры выглядели не лучше.
— Так или иначе — мой брат сделал все, что мог, чтобы эти наработки не попали в чужие руки, генерал, сэр[24] — и, согласитесь не его вина, что его разработками завладели подонки и воспользовались ими.
— Лучше бы он чем-нибудь полезным в жизни занялся, чем изобретать всякую гадость — пробурчал генерал — теперь говори, что ты хочешь?
— Для начала — что со связью?
— Ни хрена — выругался генерал, и я его понимал. Отсутствие связи для военного, привыкшего получать приказы — больше чем трагедия. Это катастрофа. Не работает спецсвязь — ни один канал. Ни офис министра обороны, ни комитет начальников штабов, ни командования родов войск — молчит все. Вся междугородняя связь тоже отключена. Только местная связь работает худо — бедно и все.
— А телевидение? Интернет?
— Интернет работает пока. А по телевидению — со второго дня начали долдонить одну и ту же хрень каждый час. Мы записали, смотри.
С этими словами генерал тяжело поднялся, протянул руку к стоящему неподалеку телевизору без пульта дистанционного управления, нажал несколько кнопок. Я впился взглядом в экран.
То, что происходило на экране, меня совсем не обрадовало. На фоне странной, стеклянной стены с изображением земного шара, сидел невысокий пожилой человек в дорогом костюме и темных очках. Скрипучим, размеренным старческим голосом он зачитывал сообщение:
— И вот такое дерьмо крутят каждый час — сказал генерал, когда «чрезвычайщик» на экране умолк и экран погас — больше никаких передач нет, ни новостных, ни вообще никаких. Кажется, все иные передачи блокируются при передаче через спутник.
