Не оборачиваясь, Ник выбежал из огромного кабинета, в котором располагался его отдел, бросился к лифтам. По дороге передумал – лифт надо ждать, лифт останавливается на каждом этаже – в общем и целом не пойдет. Бросился вниз по лестнице, прыгая через ступеньки и едва не падая – посетители и коллеги с удивлением смотрели ему вслед.
На турникетах народа было немного, не то, что в начале или в конце рабочего дня – Нику удалось пройти турникеты за рекордные пятьдесят шесть секунд. Проскочил через вращающиеся двери здания на Федерал-Плаза, Ник бросился влево по улице, сшибая прохожих…
Нужная телефонная кабина была занята. Какая то полная, заковавшая свои телеса в свободный бежевый брючный костюм, молодая женщина увлеченно разговаривала по телефону, размахивая руками…
– ФБР, мэм! – Ник сунул в лицо остолбеневшей от такой наглости женщины свой значок, а потом буквально вышвырнул ее из кабинки, не обращая внимания на громкие, протестующие вопли. И только он это сделал – телефон пронзительно заверещал… (
– Киффер!
– Время?
– Три минуты! Потом засекут!
– Подъезжай по Вашингтон Бельведер к Арлингтонскому кладбищу и медленно поезжай по направлению к Пентагону.
– Понял! В трубке загудели сигналы отбоя…
Специальный агент Николас Киффер осторожно вырулил на Вашингтон Бельведер – тихую, обсаженную с обеих сторон деревьями улицу с разделительной полосой, тоже засаженной деревьями и медленно покатил по направлению к национальному Арлингтонскому кладбищу. Совсем рядом был Пентагон, район этот находился под особым контролем (как и весь Вашингтон, пожалуй), медленно ехать было чревато. Но у Николаса Киффера был служебный черный Субурбан (точно такой же использует Секретная служба США и многие другие правительственные агентства, кто не думает о подорожании топлива) и служебное удостоверение сотрудника ФБР, так что Ник проверки не боялся. Ему важно было не засветить Питера…
От двухэтажного белого здания Anticue furniture к машине внезапно бросился человек в ярко-желтом дождевике. Ник затормозил, грязно выругавшись – незнакомец едва не бросился под колеса…
– Что за черт… Незнакомец заколотил в окно автомобиля
– Вам чего… – Ник внезапно разглядел под капюшоном дождевика знакомые черты – садись!
Питер Маршал проворно забрался на сидение, хлопнул дверь, убрал с головы капюшон
– Давай, покружись вокруг Арлингтонского, а потом вставай на стоянку посетителей Пентагона… Субурбан влился в потом машин…
– Что произошло? Питер Маршал был бледен как смерть и напряжен.
– Смотри, не прицепился ли к нам кто?
– Да что, в конце концов, происходит, ты мне можешь нормально сказать!? – взорвался специальный агент Киффер
– У меня неприятности! – коротко бросил Питер, оглядываясь по сторонам и назад
– Это я уже понял… – мрачно отозвался Киффер, продолжая вести машину – и ты даже не представляешь, дружище какие… Пташка пропела насчет тебя вчера утром
– Вот как… И что они про меня сказали?
– Что ты украл с рабочего места образцы токсина ботулинуса и собираешься либо сам совершить террористический акт, либо устроить аукцион и продать ампулы с токсином тому, кто больше за них заплатит. Твое личное дело и объективку на тебя передали – с такими ни одна тюрьма не примет. Склонен к суициду, эмоционально неуравновешен, признаки шизофрении в начальной стадии… Ты действительно что-то спер у них?
– Спер… – напряженно произнес Питер, присматриваясь к потоку машин за Субурбаном – только не ботулинус
– А что же?
– Вакцину против одного вируса…
– И захотел ее продать конкурентам… – усмехнулся Ник – я был о тебе куда лучшего мнения…
– Послушай! – Питер резко, всем телом повернулся к Нику, схватил его за рукав – дело намного серьезнее, чем ты думаешь! Речь идет не о вирусе гриппа и не о банальном промышленном шпионаже! Все намного серьезнее! Ты даже не представляешь, что стоит на карте…
– Ну, пока что на карте стоит моя репутация и карьера … – с постным видом сказал Ник – кстати, глядя сейчас на тебя, точно и не скажешь, что составители твоего досье сильно ошиблись насчет шизофрении. Сделай лицо попроще – скоро пентагоновский шлагбаум. Кстати – а какого хрена мы едем туда. Почему бы нам не приехать, к примеру, в мой офис и не поговорить там?
– Пентагон хорошо охраняют, это одно из самых охраняемых мест в городе. И за ним вряд ли следят, а вот за твоим офисом – следят однозначно. И здесь они не осмелятся стрелять. Ник Киффер покачал головой, но ничего не ответил…
