Глуп тот, кто думает, что президентом США может стать любой. На самом деле – далеко не любой. Сначала он должен провариться в котле студенческих тайных обществ, поработать юристом или в бизнесе, вызвать доверие тех, кто уже больше века негласно руководит этой страной и гораздо дольше – остальным миром. И только потом ты становишься одним из двух претендентов в феерическом цирке под названием президентские выборы.
Начинал он честно. Мало кому известный сенатор из захолустного штата, весь актив которого был в том, что он прекрасно умел понимать избирателей, всех избирателей – и белых и черных и латиноамериканцев. Он был гражданином мира – наполовину черным наполовину белым, родившимся в штате Гавайи, которые то ли были Америкой то ли нет. И он умел говорить – этим он выгодно отличался от других вероятных кандидатов – жены бывшего президента США, «стальной леди» которая проправила два срока мужа и шла на третий, уже свой, и ветерана холодной войны, который одной ногой стоял в могиле и шел на выборы в паре с опасной психопаткой. И он – молодой, прекрасно говорящий, способный собрать целый стадион и завладеть вниманием каждого кто находится на нем – на час, на два, на десять – на сколько нужно.
Но этого было мало. Для того, чтобы ты смог стать одной из двух лошадок финального забега, надо сделать многое – гораздо больше чем на финальной дорожке. Он и сам не мог потом вспомнить, когда он втянулся – из лидера перемен, действительно нужных для страны, превратившись в пустой символ. Может быть, на одном из тех тихих ужинов, на одной из вилл, принадлежащих функционерам демократической партии, где собираются миллионные пожертвования и продаются души. Наверное, там…
Всю предыдущую ночь он не спал, как не спал и многие ночи до этого. Информация, с которой его ознакомил генеральный прокурор США, привела его в ужас. Он просто не мог поверить в то, что существуют такие люди – способные разрабатывать и планировать массовые эпидемии для того, чтобы втридорога продавать свои лекарства. Хладнокровно рассчитывающие, сколько людей должно умереть, чтобы началась паника и толпа начала брать штурмом аптеки. И кто – Гордон Блэнчард! Тот самый Гордон Блэнчард, который поддерживал его еще тогда, когда он был сенатором США, который приглашал его в свой дом и который пожертвовал ему более двадцати миллионов долларов во время предвыборной кампании. Тот самый, который так красиво распинался насчет каких-то там моральных ценностей. Сволочь.
Этой ночью он принял решение. Может быть, самое важное решение в своей жизни – перестать быть марионеткой в политической игре. Обрезать веревки, за которые дергают незримые кукловоды, порвать их одну за одной. Все, баста. Он расплатился со всеми, кому был должен за этот пост. В конце концов – его избирал народ Соединенных штатов Америки, он искренне верит в перемены и хочет их. Страна не может дальше погружаться в трясину. И первое решение – неприкосновенных больше нет. Если Гордон Блэнчард решил убивать людей – он ответит за все.
Осторожный стук в дверь оторвал его от размышлений. В дверь заглянул Марк, один из его телохранителей, работающий в Секретной службе США.
– Сэр, все собрались – ждут только вас.
На сегодня он назначил заседание Совета национальной безопасности с единственным вопросом – разгром Блэнчард Фармасьютикалс и план мероприятий по нераспространению вируса Маршала-Каплана. Нельзя допустить катастрофу.
Он встал, отряхнул лацканы пиджака, глубоко вздохнул. Нельзя сейчас показывать ни грамма слабости – в конце концов, он президент самой могущественной державы мира и остановить катастрофу пока в его власти. Пока. Но медлить – нельзя!
В коридоре его уже ждал Марк и трое других телохранителей, Марк сегодня исполнял обязанности начальника смены охраны. Президент пытливо взглянул в его глаза, и они ему не понравились – такое ощущение, что Марк простудился и заболел. Глаза были мутными, больными…
– Марк, что с тобой? Если заболел – иди, лечись, не заражай меня. Без одного телохранителя я какое то время проживу – а вот проживет ли Америка без президента?
– Все нормально, сэр… – слабо улыбнулся Марк – я в порядке. Просто немного болит голова. Я уже принял аспирин, сейчас в себя приду.
– А это что такое? – президент кивнул на черный атташе-кейс, который Марк сжимал в левой руке – ты что, решил заделаться футболистом (
