У Ромашки пока была первая и единственная победа – он все еще жил! А Свету глубоко потрясли записи на форуме одной неизвестной мамочки, которая полгода вместе с врачами боролась за жизнь своей Анютки. Изо дня в день незнакомые люди давали ей советы и рекомендации, что делать дальше, и куда обращаться. В ответах и комментариях другие родители переживали за ухудшения здоровья малышки и радовались ее маленьким успехам. Это были старые по времени посты и комментарии, девочка родилась в прошлом году. Света читала все дальше и дальше, страница за страницей, как художественную литературу, и вместе со всеми тоже переживала за незнакомую Анютку. Читала все внимательно, не пропуская ни слова. Как похожа Анюткина история на трудный путь Ромашки! Тоже родилась недоношенной. ПВЛ. Гидроцефалия. Светлана читала, оставаясь в сладостном предвкушении хэппи-энда. На 28-й неделе переписки мама Анютки, вдруг, написала: «Спасибо всем, кто нас поддерживал! Прошу вас, молитесь за нашу доченьку. Сегодня ночью ее унесли ангелы…»
Света сразу выключила компьютер и разразилась рыданиями. Она так давно не плакала! Выплескивала из себя все, что накопилось.
Игорь из соседней комнаты услышал истерику жены, прибежал, пытался её успокоить и все время спрашивал, что случилось. Она не могла ему ничего рассказать, а только повторяла, как в бреду:
– Я не хочу, чтобы нашего Ромашку унесли ангелы! Не хочу!!! Я не отдам нашего Ромашку ангелам!
– Ну да! Ну, конечно, не отдадим! – муж ее крепко обнял, прижал к себе, целовал в волосы, и, как умел, успокаивал.
Несколько раз в день, несколько дней подряд Андрей звонил Сомову и через какое-то время все-таки убедил его попытаться спасти ребенка. Двухмесячный малыш был транспортирован на реанимобиле через весь город, с севера на юг, и оказался в Первой детской городской больнице на Авангардной улице. Алисе выделили там малюсенькую комнатку-палату, и она круглосуточно могла находиться рядом с сыночком. Ребенка готовили к нейрохирургической операции.
Самым замечательным в нынешней ситуации оказалось то, что Ромашка был теперь не в реанимации, а наконец-то с мамой. На второй день Алису подменил Андрей. На третий день молодые родители разрешили и Светлане побыть с внуком несколько часов.
Малыш был все еще подключен к зонду и капельницам, но его можно было погладить и потрогать. Некоторое время он лежал с открытыми глазами и, как показалось бабушке, внимательно её разглядывал. Потом задремал.
Свете хотелось каждую минуту что-нибудь для него делать: поправлять простынку или одеяльце, менять подгузник, протирать гигиеническими салфетками. До этого дня Алиса с Андреем из каких-то суеверных соображений категорически были против фотосъемок. А здесь Света, наконец-то, могла, пока никто не видит, фотографировать внука на мобильный телефон. И даже тихонько с ним разговаривать. Не так-то просто оказалось усмирить своё желание под любым предлогом прикасаться к малышу и просто любоваться спящим сокровищем.
Через пару дней Роману Куликову сделали первую операцию – поставили временный дренаж в сосуде головного мозга. Через двое суток после операции Алиса настояла, чтобы убрали зонд и стала пытаться кормить малыша из рожка.
– У ребенка глубокое поражение мозга, мамочка, смиритесь уже с этим, – настаивала заведующая отделением, – такие детки, как правило, лишены и сосательного, и глотательного рефлексов. И скорее всего, в дальнейшем ваш мальчик не сможет обходиться без зонда, без газоотводных трубочек и клизмочек. Перистальтику в его ситуации запустить практически нереально, ваша сопутствующая проблема – некроз кишечника. Сначала частичный, он уже и сейчас есть, виден на УЗИ, а со временем, может быть, и полный.
Неожиданно Ромашка не только захватил ротиком рожок, но и медленно, с усилием и большими паузами, стал сосать его содержимое. Это была первая значительная победа. Если не считать, что он все еще жил. Через несколько минут его вырвало.
– Вот видите, – поджав губы, констатировала заведующая, – давайте снова ставить зонд. А то ребенок умрет с голоду!
– А можно покормить его через капельницу? А потом опять попробовать рожок? – жалобно попросила Алиса.
– Ладно, – смилостивилась заведующая, – кормите, как хотите! Под вашу ответственность!
Примерно через неделю, увеличивая по капле в день содержимое рожка, стало возможным отказаться от «питательной» капельницы. Правда, оставались еще капельницы с лекарствами и антибиотиками. Но мешающий общению зонд был преодолен, и рот ребенка был свободен для крика, улыбки и других эмоций.
