Он рассек кожу на лбу и сломал правое плечо. Как и я, он был ужасным пациентом: импульсивным, подозрительным, безрассудным; он тревожился об ограничении подвижности и неверно представлял себе ход восстановления. Я прилетел в Индию, чтобы увидеть его. К тому моменту, как я добрался домой из аэропорта, уже наступила ночь. Отец лежал в кровати, безучастно глядя в потолок. Казалось, он резко постарел. Я спросил у него, знает ли он, какое сегодня число.
«Двадцать четвертое апреля», – сказал он, и это был верный ответ.
«А какого года?»
«Тысяча девятьсот сорок шестого, – ответил он, но затем поправился, будто прощупывая собственную память. – Две тысячи шестого?»
Память его предала. Я сказал ему, что сейчас 2014-й. В 1946-м, отметил я про себя, случилась еще одна трагедия – умер Раджеш.
За следующие несколько дней мама выходила его до почти здорового состояния. Ясность сознания вернулась к нему, долговременная память в целом тоже, а вот кратковременная оставалась заметно нарушенной. Мы установили, что инцидент с падением был не так прост, как казалось. Отец не опрокинулся назад, а попытался встать с кресла, но потерял равновесие и завалился вперед, не в состоянии выровняться. Я попросил его пройти по комнате и заметил едва уловимое шарканье в его походке. Было что-то роботизированное в его движениях, что-то их ограничивало, будто ноги были железными, а пол – большим магнитом. «Попробуй быстро развернуться», – попросил я его, и он снова чуть не упал вперед.
Позже, той ночью, случилось еще кое-что унизительное: он обмочил постель. Я застал его в ванной растерянным и сконфуженным, в руках он сжимал свое нижнее белье. В Библии потомков Хама прокляли, потому что Хам наткнулся на собственного отца, лежащего пьяным и нагим посреди поля в слабом свете зари[718]. В современной версии этой истории вы натыкаетесь на собственного отца, нагого, с мутнеющим разумом, в слабом электрическом свете гостевой ванной – и отчетливо видите свое проклятое будущее.
Недержание мочи, как я узнал позже, появилось у него несколько раньше. Оно начиналось с неотложных позывов в туалет – неспособности терпеть, когда мочевой пузырь наполовину заполнен, – и постепенно дошло до непроизвольных мочеиспусканий в постели. Он сказал о проблеме лечащим врачам, но те отмахнулись от нее, списав на увеличение простаты. Это все старость, говорили они: ему было 82. Ну а что, старики падают. Теряют память. Мочат кровать.
Диагноз, объединивший все эти симптомы, огорошил нас на следующей неделе, когда папе сделали МРТ головного мозга. Желудочки мозга, которые позволяют омывать этот орган спинномозговой жидкостью, оказались расширенными, из-за чего мозговая ткань отодвинулась к периферии черепной коробки. Это была
В следующие несколько месяцев я узнал об этом состоянии все, что только мог. Точные причины болезни неизвестны, но ей обычно болеют родственники. Один из ее вариантов сцеплен с X-хромосомой и гораздо чаще встречается у мужчин. В некоторых семьях она проявляется у мужчин уже в 20–30 лет, в других поражает только пожилых. В одних случаях ее наследуют почти все родственники, в других – лишь немногие. Самым молодым пациентам с официально зарегистрированной НТГ, было 4–5 лет, самым старым – 70–90.
Одним словом, это сильно походило на генетическое заболевание – только не такое по молекулярной природе, как серповидноклеточная анемия или гемофилия. Нет какого-то одного гена, отвечающего за восприимчивость к этой странной болезни. Множество генов с разных хромосом определяют, как формируются желудочки мозга во время эмбрионального развития, – точно так же множество генов с разных хромосом определяют, как образуется крыло у дрозофилы. Некоторые из этих генов, как я выяснил, управляют конфигурированием протоков и сосудов желудочков (по аналогии с тем, как гены формирования паттернов определяют вид и взаиморасположение структур мушиного тела). Другие кодируют молекулярные каналы, через которые жидкость перемещается между компартментами. Третьи кодируют белки, регулирующие всасывание жидкости из мозга в кровь и другие процессы. А поскольку головной мозг и его протоки растут в ограниченном пространстве черепной коробки, гены, которые определяют размер и форму черепа, тоже косвенно влияют на пропорции системы тока жидкости.
