Лила была очень эмоционально нестабильна в последнее время, любое повышение голоса могло вызвать у нее бурную истерику. Вот еще один минус «простого» человеческого организма – игры гормонов во время взращивания эмбриона: высшие расовые ранги давно не страдают от этого и перенесли свою репродукцию на иной уровень, недоступный для застрявших в зябком и хилом теле низших людей.
Ви смягчила рассерженный взгляд, но сестра уже взяла себя в руки и смахнула непрошеные слезы. Однако ее голос все еще дрожал:
– Мне следовало сознаться городским властям. Позволить им… разобраться с этим, – Лила не хотела опускать глаза на крупный живот, чувство вины душило ее.
Виви старалась быть добрее к сестре, но вырвавшиеся слова все равно прозвучали резко и остро, как лезвие ножа:
– Мы уже обсуждали это не единожды, Лила. И сошлись во мнении, что не собираемся терять тебя из-за надругательства, в результате которого ты понесла. Я не стану извиняться за то, что назвала его ранее незаконным и несанкционированным, потому что одни гены знают, какие еще невзгоды оно принесет нам, но позволять другим вершить твою судьбу и распоряжаться, жить тебе или не жить, я не стану ни за что и никогда, ты поняла меня?
Длинноволосая брюнетка кивнула, сжав пальцы Ви в своей мягкой руке. Тусклый свет энергощита на потолке высветил ее лицо, уже не такое прекрасное и беззаботное, как прежде, – с тяжелыми синяками под глазами, впалыми щеками и острыми скулами.
– Давай больше никогда не будем возвращаться к этим разговорам. И к сожалениям.
– Хорошо.
Чуть позже Вивиан засыпала на диване рядом с сестрой под привычный аккомпанемент гудящего морозильника и звуков стройки, доносившихся с соседних блоков. Сон подкрадывался очень медленно, беспокойство ледяными пальцами касалось Ви, заставляя тонуть в страхах и сомнениях, напоминая о тяжком бремени и неизвестном будущем.
В день теста Вивиан старалась вести себя непринужденно и раскованно, будто это рядовой день на предприятии, таких дней она прожила уйму – почти с половину эвтарка. Пыталась не придавать значения и не накручивать себя, ибо знала, что если начнет осознавать масштабы принятой на себя ответственности и важности этого события, то просто сломается под весом высоких ожиданий и надежд на светлое будущее.
Так уже бывало раньше, дважды: четыре года и два года назад девушка получала шанс на встречу с СМЧ, проходила все необходимые процедуры и допускалась к тесту, но оказывалась непригодна. Сильно нервничала, волновалась и была не уверена в себе. Возможно, чип сканировал и анализировал все эти показатели, выдавая отрицательный результат на совместимость. Можно было лишь гадать, что именно влияло на окончательный результат тестирования, но Вивиан считала: уверенность и спокойствие не повредят. В третий раз она должна была заполучить чип, просто обязана стать совместимой: до следующего теста могла попросту не дожить.
Перед выходом из капсулы отец не стал разговаривать с дочерью, не было никаких напутственных слов или банальных пожеланий успехов. В их мире ничего не зависело от таких пожеланий. Виви считала, что, должно быть, он сказал все, что хотел, в первые два раза, а теперь решил лишь покорно и молчаливо ждать результата. Лила, напротив, всегда была щедра на добрые слова, ее глаза лучились надеждой и верой в лучшее. Напоследок она крепко обняла сестренку, а ее плотный живот уперся в Виви. Девушка испытала смешанные чувства от этого прикосновения: лишнее напоминание о том, какие муки ждут этого малыша в случае провала тети, и надежда, что все наладится и все проблемы решатся, если она наконец-то пройдет испытание.
Чуть улыбнувшись сестре, девушка быстро натянула на голову кепку, скрыв беспокойство и нервозность этим движением, вышла наружу и растворилась в толпе спускавшихся со своих уровней людей.
Тест проводился во второй половине дня. На заводе Вивиан отозвали от котла, за который она отвечала, поставили замену и провели в стеклянный коридор, ведущий в лабораторию, куда завезли СМЧ. Предварительно за ниципц до этого она, как и все претенденты, подавшие заявку, сдала анализ крови и анализ ДНК, а также прошла все необходимые медицинские тесты на состояние физического и психического здоровья. За две недели до теста состоялось основное испытание – собеседование, по итогу которого выдавался допуск к тестированию на совместимость с СМЧ.
Теперь заветная пара минут – и она окажется перед чипом под защитным стеклянным колпаком. Пять секунд перед ним – и Ви узнает, пригодна ли она для трансформаций и улучшений, которые чип дарует своему носителю.
В длинной очереди, выстроенной по номерному знаку каждого работника, Ви оказалась позади своего приятеля, дружелюбного и славного Рокко, который очень рано облысел и совсем осунулся, став чуть ли не ниже ее.
Он обернулся, как только их выстроили, и подмигнул девушке:
– Еще одна попытка, да, Ви?
– Верно, Рокко, – кивнула та в ответ с тенью улыбки на лице.
– Как там поживает мистер Фэй?