— Ошибку? — моё лицо исказилось от гнева. — Именно так ты, сука, называешь убийство людей? Ошибочкой?
Я знал, что в этом мире жизнь стоит дешевле, чем пиксели в мобильной игре. Когда можно воскреснуть, смерть становится неудобством, а не трагедией. Но блядь, легче от этого не становилось!
Вспомнился король Абериса, который снёс мне голову просто потому, что был в плохом настроении. Для него это было как выпустить пар — другие бьют боксёрскую грушу, а он обезглавливает подданных. Я выжил только благодаря Элайе, но осадочек, как говорится, остался.
— Ты не понимаешь, — Кайя покачала головой с видом учительницы, объясняющей тупому ученику таблицу умножения. — Мы не такие, как вы, люди.
Ах да, расовое превосходство! Моя любимая тема! Сейчас она мне объяснит, почему они лучше нас. Держите меня семеро, а то я сейчас устрою тут революцию!
— И как же мне это понимать? — процедил я сквозь зубы.
— Мы родились в этом мире. Мы — его неотъемлемая часть, — начала она торжественно, как будто читала священное писание. — Наш вид един с жизненным циклом мироздания. И поэтому… нас нельзя воскресить. Все те гвардейцы, которых ты убил — мертвы навсегда. И моя сестра, если ты её убьёшь, никогда не вернётся.
Я замер. Что?
Информация ударила меня как кувалда по голове. Феи… не воскресают? Совсем? Это меняло… это меняло вообще всё, чёрт возьми!
Я стоял там, переваривая эту информацию как удав слона. Только вместо слона — офигенные новости о местной метафизике. Феи не воскресают. Совсем. Финита ля комедия.
Теперь многое встало на свои места. Когда монстр подземелья умирал, он превращался в миазмы и возрождался. Бесконечный цикл — умер, воскрес, снова умер, снова воскрес. Как в той старой аркаде, где у тебя бесконечные жизни, только вместо жизней — буквальные жизни.
Представьте: вы зачищаете подземелье, убиваете гоблина, идёте дальше, а через пять минут — та-дам! — тот же гоблин, только злее. День сурка для монстров. Убил сотню раз одного и того же? Не беда, он воскреснет и в сто первый!
Это объясняло, почему подземелья такие опасные. Ты не можешь расслабиться ни на секунду — тот маг, которого ты завалил час назад, может выскочить из-за угла с криком «СЮРПРИЗ, МАЗАФАКА!» и шарахнуть фаерболом.
А ещё была главная ловушка: помрёшь в подземелье — душу заберут. Никакого «загрузить последнее сохранение», никакого респауна у костра. Твою душу перемелют в миазмы как мясо в фарш.
Если повезёт (или не повезёт, смотря как посмотреть), можешь стать призраком. Представьте: умерли героически, спасая товарищей, а вместо рая — вечная служба боссом пятого уровня. «Поздравляем, теперь вы будете убивать искателей приключений до скончания веков!» Охуенное повышение, нечего сказать.
По крайней мере, так я понял систему, поварившись в Сумеречном Подземелье. Плюс профессия Подражателя давала инсайты в эти механики — удобно, когда твоя работа включает понимание того, как тебя пытаются убить.
На поверхности люди, демоны и прочие могли воскресать. Но не вечно — душа изнашивается как старые кроссовки. Рано или поздно она говорит: «Я устала, я ухожу» — и привет, окончательная смерть.
Были и читерские способы отправить на тот свет: оружие, бьющее по душе, специальные заклинания, подземелья-пожиратели. А если тебя просто никто не воскресит, душа медленно растворится. Никаких призраков, никаких «передай привет бабушке на том свете». Просто медленное угасание в ничто. Весело живём!
И вот теперь выяснилось, что мы, люди, можем воскресать, потому что мы здесь туристы. Гастарбайтеры метафизики. Наши души адаптировались, но мы не местные. А феи — коренные жители. Их души из той же маны, что и мир. Умер — растворился в мане как сахар в чае. Без вариантов.
На моём родном континенте об этом никто не знал — там фей уже не было. Информационный вакуум, можно сказать. Все думали, что воскрешение — это норма для всех разумных. Ага, щас!
И это прекрасно объясняло, почему феи проиграли войну людям. Представьте файтинг, где у противника бесконечные жизни, а у вас одна. Вы можете быть в десять раз сильнее, но математика не на вашей стороне.
Люди просто задавили числом. Умер? Воскрес и снова в бой! Снова умер? Снова воскрес! Как зомби — медленные, слабые, но упорные как бульдозеры. Кстати, символично, что в Сумеречном Подземелье людей представляла нежить. Очень символично!
Демоны не смогли нас выдавить по той же причине — они тоже воскресают. Получилась патовая ситуация: два бессмертных вида дерутся за континент, отжатый у смертного. Эпическая драма! Или трагикомедия, если подумать.
— Люди не должны быть настолько сильны, — голос Кайи вырвал меня из философских размышлений. Она смотрела на меня как на глюк в Матрице. — Откуда ты такой взялся?
Отличный вопрос! Жаль, правда «меня засосало через игровую приставку» прозвучит как бред наркомана.
— Я прибыл с острова на юге, — соврал я, не моргнув глазом. — Там только люди, никаких фей.
Технически даже не соврал. Мой континент действительно без фей. Я просто творчески интерпретировал географию.
