— Мне бы хотелось думать, что я им нравлюсь за свою личность, — пробормотал я, кривясь.
Гарнет усмехнулась:
— Я вроде уже предлагала тебе свою девственность раньше, разве нет? Я прекрасно видела, что ты стоишь моего времени с того самого момента, как встретила тебя на дороге у шахтёрского городка много лет назад.
— Для меня это было всего несколько месяцев назад, — напомнил я.
Временные парадоксы подземелий — отдельная головная боль.
— В любом случае, я никогда не забывала о нашей первой встрече и мне всегда было интересно, почему я не могу её забыть. Полагаю, вполне возможно, что это была судьба. Нам было суждено встретиться вновь.
— Я в такое не верю, — отрезал я.
Судьба — это для тех, кто не хочет брать ответственность за свои решения.
— О? — она приподняла бровь.
— Для меня это вполне привычная ситуация. Мы работаем с легендарным металлом, но знаешь, я уже встречал орихалк и мифрил. К тому же у меня есть такое ощущение, что это не последний предмет, в создании которого я поучаствую. К тому же ты даже не видела, на что мы замахивались с Теоной. Она девушка из моей группы. Вы точно с ней виделись.
— Та, что с плоской грудью?
Упс.
— Ты это сказала, не я.
— И что же в ней такого?
— Она голем. Артефактное существо…
— СЕРЬЁЗНО? ЭТО ПРАВДА⁈
Гарнет подскочила ко мне так близко, что я увидел каждую веснушку на её носу.
— Ох… слишком близко! — я отшатнулся.
Личное пространство, слышала о таком?
— Было бы здорово создавать настолько невероятные вещи… — мечтательно вздохнула она.
Внезапно меня осенило — эта парочка плоскогрудых гениев могла бы создать что-то по-настоящему эпичное. Страшно представить.
— Горн достаточно нагрелся, — напомнил я, проверив температуру.
Лицо Гарнет мгновенно стало серьёзным как на похоронах.
— Ну что же, пора начинать.
Звук молота по металлу заполнил пещеру как тяжёлый метал на концерте. Жар был невыносимым — как в сауне, которую топит сам дьявол. Теплоустойчивость явно была обязательным навыком для кузнецов, иначе они бы просто испарились.
Как Повар, я теоретически тоже должен был получить этот навык. Когда-нибудь. На двадцатом уровне. А пока что я просто потел как проклятый и благодарил высокие показатели выносливости за то, что ещё не упал в обморок.
Гарнет работала как одержимая. С момента, когда она встала у наковальни с молотом, весь мир для неё перестал существовать. Сейчас она напоминала мне Теону в режиме создания — тот же безумный блеск в глазах, та же абсолютная концентрация, то же ощущение, что передо мной не человек, а инструмент творения.
Я никогда не был творцом. О, я пробовал — писал фанфики (ужасные), рисовал (криво), даже пытался создать свою игру (забросил через неделю). В колледже я больше дурака валял, не имея чёткой цели. Просто не хватало того самого огня в глазах, который я видел сейчас у Гарнет.
Но знаете что? Я отлично умею поддерживать творцов. Это как быть продюсером — сам не поёшь, но без тебя певец сдохнет от голода. Мне не нужно понимать, ЧТО именно они создают или ЗАЧЕМ. Я просто помогаю им достичь цели. Как хорошая жена, только без секса и совместного быта.
Так что, несмотря на адскую жару, я стоял у горна как солдат на посту. Управление Огнём и Определение Температуры позволяли мне ювелирно контролировать пламя. Равномерное распределение или две разные температуры в разных зонах — что прикажете, то и сделаю.
Сначала Гарнет командовала каждым моим движением, проверяла результат и корректировала. Но постепенно между нами установилась связь. Не телепатия, просто идеальное взаимопонимание. Мы работали как единый организм — она ковала, я поддерживал огонь, и всё это без лишних слов.
Пару раз я использовал Связь с Рабами для уточнения деталей, но в основном мы понимали друг друга по жестам. Лёгкий кивок, движение глаз, поворот головы — целый язык, понятный только нам двоим.
Сильвирил плавился кусок за куском, превращаясь в жидкий свет. Заливка в форму, остывание, и начиналась настоящая работа. Молот Гарнет двигался в гипнотическом ритме, превращая бесформенный металл в смертоносное искусство.
Десять часов. Десять гребаных часов непрерывной работы. К концу мы оба выглядели так, словно пробежали марафон в полном снаряжении. Через пустыню. Летом. В полдень.
Финальное охлаждение в специальной жидкости, и вот он — клинок из Сильвирила. Идеальный, сияющий, готовый крошить демонов направо и налево.
Гарнет посмотрела на меня, и её щёки внезапно покраснели. Не от жара печи — от чего-то другого.
— Мы закончили, — выдохнула она очевидное.
Капитан Очевидность напоминает об очевидном. Спасибо, кэп.
Я взял клинок, ещё без рукояти, но уже впечатляющий.
— Ты сделала это возможным.
Она яростно замотала головой, отчего её косички запрыгали как бешеные.
