Кто критикует, организованно травит? Очень любопытный ответ на этот вопрос дает "доброжелатель" Сталина Громов:
"В резком, с прямыми политическими обвинениями, нередко грубыми, а то и вульгарно-хамскими выпадами, планомерном осуждении трогательно объединились "неистовые ревнители" всех мастей, лефовцы, театральные критики из мейерхольдовского круга, ведущие партийные литераторы, занимавшие ключевые позиции в печати и управленческих органах. Назовем лишь несколько имен: Авербах, Киршон, Пи-кель. Раскольников, Безыменский, Билль-Белоцерковский, Лелевич, Блюм, Шкловский, Алперс, Бачелис, М. Кольцов, Пельше, Луначарский..."
Булгаков подсчитал: за 10 лет о нем было опубликовано 3 похвальных отзыва и 298 "враждебно-ругательных". Сталин взял под защиту этого талантливого "белогвардейского" автора. Он неоднократно смотрел его пьесу во МХАТе - "Дни Турбиных", а позднее - "Бег". Сталин объяснял свои симпатии так: "Булгаков здорово берет! Против шерсти берет! Это мне нравится".
Он помог Булгакову устроиться на работу в Художественный театр. Не раз говорил с ним, подбадривал по телефону. Сам объяснял почему:
- Пьесы нам сейчас нужнее всего. Пьеса доходчивей. Наш рабочий занят. Он восемь часов на заводе. Дома у него семья, дети. Где ему сесть за толстый роман... пьесы сейчас - тот вид искусства, который нам нужнее всего. Пьесу рабочий легко просмотрит. Через пьесы легко сделать наши идеи народными, пустить их в народ. Пьесы авторы-коммунисты пишут плохие, им надо поучиться у превосходного профессионала Булгакова, автора "Дней Турбиных".
Эмигранта графа Алексея Толстого Сталин приласкал, вернул на родину, помог перековаться в советского писателя.
Семнадцать лет прожил в эмиграции русский писатель Александр Куприн. В Париже писал не лояльные к советской власти произведения. Но в середине 20-х годов отошел от политики и весной 1937 года вернулся на родину.
* * *
Особое внимание Сталин уделял кино. Он считал, что нет равных кино по силе психологического воздействия на большие массы людей, поэтому его надо использовать как очень эффективное воспитательное средство в деле укрепления новой социалистической морали. В Кремле бывший Зимний сад был переоборудован под удобный кинозал. Здесь Сталин просматривал иногда по два-три фильма подряд. Обычно приглашались на просмотры и члены Политбюро вечером, после окончания работы. Здесь и отдыхали, и продолжали работать, обмениваясь мнениями о фильмах, о режиссерах, актерах.
Сталину очень нравился фильм "Чапаев" режиссеров братьев Васильевых, захватывала великолепная игра артиста Бабочкина. Этот фильм покорял Сталина не только высокой художественностью, но и могучим воспитательным воздействием, к чему Сталин стремился как лидер партии, имеющей свою определенную программу.
Используя этот опыт, он попросил одного из ведущих тогда режиссеров, Довженко, создать похожий на "Чапаева" фильм о Щорсе - "украинском Чапаеве". Сталин хотел за счет исторической параллели способствовать еще большему сближению братских народов России и Украины.
В представлении нынешних толкователей деятельности Сталина в этом смысле ничего нет проще: вызвал "диктатор" режиссера Довженко и приказал сделать фильм о Щорсе. Но на самом деле с работниками любого вида искусства Сталин был вежлив, тактичен, высоко ценил талант, заботился о творчестве. (Разумеется, не забывая и о том, что эта забота принесет свою отдачу, пользу проводимой им воспитательной политике.)
Режиссер Довженко так вспоминает пожелание Сталина, когда тот предложил подумать о Щорсе: "Ни мои слова, ни газетные статьи ни к чему не обязывают. Вы - человек свободный. Хотите делать "Щорса" - делайте, но если у вас имеются иные планы - делайте другие. Не стесняйтесь".
Довженко искренне уважал Сталина, он согласился снимать этот фильм. Вождь читал сценарий, делал замечания. Довженко не со всеми соглашался. Кроме того, мешали завистники и оппортунисты (без них нигде не обходилось: в кино было настоящее засилье "одной" национальности, а Довженко славянин, "хохол"), гадили ему как могли. Глава киноведомства Дукельский командирует Маневича в Киев посмотреть с пристрастием отснятые материалы по "Щорсу".
Четыре года работал над фильмом Довженко. Сталин высоко оценил его на просмотре. Не сделал ни одного замечания, пригласил Довженко к себе на дачу, и они вдвоем долго "обмывали" этот фильм. Был он отмечен и Сталинской премией.
Партия поддерживала и других талантливых деятелей кино; кроме премий и орденов, например, в 1935 году персонально были премированы автомобилями С. Эйзенштейн, С. и Г. Васильевы, В. Пудовкин, А. Довженко, Ф. Эрмлер, Г. Козинцев, Л. Трауберг и другие.
Сталин не был сухарем, нравились ему комедийные фильмы, например "Веселые ребята" Александрова. Критики изругали фильм за "американизм", обвинили даже в плагиате голливудского опыта. А Сталин посмотрел фильм и сказал: "Хорошо! Я будто месяц пробыл в отпуске".
