Осуществление плана Эйзенхауэра сначала шло довольно успешно. В фалезском "мешке" оставалось до 20 дивизий немцев, но действия союзников, благодаря их неопытности, развивались очень медленно: они продвигались по 5 км в сутки, и немцы успели вывести из того "мешка" большую часть своих дивизий. И все же союзники замкнули кольцо и окружили 8 немецких дивизий. Но ввиду отсутствия опыта в создании внутреннего и внешнего кольца окружения, они не смогли уничтожить эти окруженные дивизии. Немцы контрударом извне прорвали кольцо и помогли выйти своим войскам из окружения. Все же это был первый значительный успех войск союзников: они захватили здесь немало пленных и сумели выйти к реке Сена, с которой развивали дальнейшее наступление в сторону Парижа.
Таким образом, из этого примера видно, что бои здесь шли настоящие. Я приведу еще один пример, показывающий очень драматичные ситуации, сложившиеся с обеих сторон. После высадки союзников на побережье и осуществления операции, о которой я сказал выше, командующий группой армий "Б" фельдмаршал Клюге оказался в очень трудном положении. Читатели помнят этого военачальника по боям под Москвой. Это старый противник Сталина, он командовал 4-й армией, которая должна была непосредственно овладеть Москвой после охвата се танковыми, клещами Гудериана и Геппнера. Но там Сталин одержал верх над этим полководцем и вынудил его к отступлению. Однако Клюге, отступив от Москвы, создал стабильный фронт, организовал прочную оборону и сдержал дальнейшее наше наступление, которое, как мы знаем, было организовано по решению Сталина. Тогда, в оборонительных боях, Клюге продемонстрировал свое мастерство. В наступательных операциях это ему удавалось хуже. Именно поэтому, когда поступили сведения о скором неминуемом открытии второго фронта, Гитлер перебросил Клюге - как мастера обороны - сюда, чтобы он организовал на побережье Франции отражение десанта союзных войск. Но высадка союзных войск состоялась, да еще и первое их наступление развивалось успешно. Клюге не оправдал надежд Гитлера, и тот отстранил его от командования группой армий "Б". Фельдмаршал Клюге не пережил крушения своей карьеры. Перед тем, как покончить счеты с жизнью, он написал Гитлеру письмо:
"Мой фюрер, вчера фельдмаршал Модель вручил мне ваше решение освободить меня от обязанностей командующего войсками на западе и группой армией "Б"... Меня уже не будет в живых, когда вы получите эти строки... Я не могу принять на себя тяжесть упрека в том, что я предрешил судьбу Западного фронта, применив ошибочную стратегию, но оправдаться у меня нет возможности... поэтому я сделал из того соответствующие выводы и добровольно отправляюсь туда, где уже находятся тысячи моих боевых друзей. Я никогда не боялся смерти. Жизнь уже не имеет для меня никакого смысла, к тому же я числюсь в списке военных преступников, которые должны быть преданы суду.
По вопросу о моей виновности разрешите мне сказать следующее..."
Дальше Клюге излагает ход боев, напоминает о решениях, которые он принимал, пытается объяснить неудачи боевых действий. Общий смысл его объяснений сводится к тому, что он неповинен в постигших немецкие войска неудачах. Свое письмо Клюге завершает так:
"Вы, мой фюрер, должны принять решение прекратить войну. Германский народ перенес уже такие неописуемые страдания, что пора положить им конец.
Есть пути и средства закончить войну и воспрепятствовать в первую очередь тому, чтобы рейх попал в руки большевиков. Проявите же теперь ваше величие и прекратите безнадежную борьбу, если это необходимо. Я расстаюсь с вами, мой фюрер, как человек, который, выполняя свой долг до последнего часа, был вам ближе, чем вы, видимо, понимали.
Генерал-фельдмаршал фон Клюге".
Совет Клюге искать иные пути выхода из войны, чтобы рейх не попал в руки большевиков, несколько запоздал. Гитлер давно уже искал эти пути. Сразу же после того, как на него было совершено покушение и выяснилось, что заговорши ки пытались договориться с западными странами о прекращении войны и заключении сепаратного мира, Гитлер поручил Гиммлеру тщательно выявить каналы, по которым заговорщики устанавливали связь с англичанами и американцами. Как это ни странно, но Гитлер позаимствовал у заговорщиков их намерения. Он сам читал протоколы допросов заговорщиков, прослушивал пленки с записями и, главным образом, пытался выяснить, как устанавливались контакты, Он прямо поставил задачу Гиммлеру искать контакты с западными противниками, и "верный Генрих" попытался напрямую заговорить об этом с государственным секретарем Стеттиниусом. Но тот отказался вести разговоры на эту тему.
