Или я вспомнил события семидесятых годов, когда в 1976 году произошло резкое повышение мировых цен на кофе. У одних из страстных любителей кофе восточных немцев не было лишней валюты на его покупку. Потому вся страна буквально страдала. Как же решить кофейную проблему? Надо завести собственные кофейные плантации! Но где? Во Вьетнаме! В 1980 году ГДР подписала с Вьетнамом соглашение о совместном производстве кофе — Вьетнам предоставляет землю и грубую рабочую силу, а ГДР поставляет оборудование, специалистов и деньги на обустройство всего этого дела. А урожай — пополам. Поскольку с экономикой в социалистическом Вьетнаме всё было очень грустно, то вьетнамцы охотно согласились на создание такого предприятия.
Но кофейное дерево растёт от посадки до первого урожая целых 8 лет. Когда пришло время пить кофе, ГДР уже не стало. А руководству объединённой Германии собственные кофейные плантации в далёком Вьетнаме были ни к чему. В общем, немцы передали все дела вьетнамцам и отбыли на родину. Кроме этого руководство ГДР планировало ещё создать собственные банановые плантации в Мозамбике. Так почему мы покупаем за валюту этот напиток и фрукты?
И я опять действовал через немцев. Хотя валюта шла из специального фонда. Те уже успели договориться с Родезией, Панамой, а также с Алжиром. То есть режимами, которые мы хоть как-то контролируем. Прокатит опыт, начнем использовать его дальше. Первые фрукты пойдут уже в этом году. А вот кофе ждать еще восемь лет. Но в СССР сейчас с ним нет проблем, как и с индийским чаем. Англичане жалуются, что мы все скупаем на корню. Так куда нам еще девать чертовы рупии? ГДР же вскоре станет производителем готового кофе как в зернах, так и растворимого. Ну чай фасовать красиво они умеют, втюхивая его в Европе, как истинно индийский! Прибыль пополам.
Но сегодня наш небольшой кортеж катит в союзное МВД. Расширенная коллегия по реформе правоохранительных органов. Заодно будем решать вопрос с системой наказаний. Спасибо Подгорному — завалил работу с новым Уголовным кодексом. Милиция уже стоном изошла. Задач нарезали, полномочий не дали. Ничего, скоро расширенное заседание Политбюро. Поставлю вопрос о невыполнении своих обязанностей Председателя Президиума Верховного совета. Потому что не руки нужно рубить, а головы, а с криминальным фундаментом и воровским балаганом пора заканчивать. Я не тешу себя надеждой, что удастся полностью побороть преступность. Человеческое общество для этого не готово. Но обкромсать самую тяжкую уголовщину нам вполне по силам. Главное, что готов аппарат для внедрения законов в жизнь. И так считаю, что подготовительная работа затянулась.
В зал с большим круглым столом почти вбегаю. Все уже привыкли, что Генеральный везде поспешает. Этакий «энеджзайер». Я как имел неосторожность данное словечко использовать, так среди своих и осталось «Наш энеджзайер опять учудил». Но в целом подобная характеристика воспринимается народом положительно. Вот пусть Брежнев в памяти народной и останется таким: бодрым, энергичным, стремительным. А не шамкающим дедушкой на троне. Я старым и дряблым еще стану, но уже в кулуарах и на пенсии. Какой с меня тогда спрос?
— Начинайте, Николай Анисимович!
А чего мудрить? Вот, если честно подумать, то вариант Щелокова был неплохим, и полтора года назад я повторил финт ушами и провел в министры МВД еще одного «Днепропетровского». Никто такому раскладу особо не удивился.
Ведь планировали некие силы возрожденное МВД под товарища Тикунова? А я новая метла, мне положено под себя грести. Поразились прошлой осенью, когда после пленума в заместители генерал-полковнику провели бывшего гэбиста Семичастного. В ЦК случился скандал, среди соратников непонимание. Пришлось, как младенцам, пояснять суть. Заместителями политического ставленника должны быть специалисты вроде первого зама Щелокова Петушкова. Он в органах с 1939 года, так что опыта ему не занимать.
Но неплохо вдобавок иметь в этой среде человека со стороны. Семичастный по моей протекции возглавил крайне важное политически для нас направление — Управление по борьбе с хищениями социалистической собственности и спекуляцией. Я имел продолжительный разговор с Владимиром Ефимовичем, в итоге мы пришли к согласию. Он отлично понимает важность сдерживания уровня спекуляции до тех пор, пока мы не проведем полностью экономическую реформу. Снесем к чертям материальную подоплеку спекуляции, станет легче.
