С большой тщательностью готовилась и частная операция, особенно высадка морских десантов. Было решено, что основу главного десанта составят специально подобранные солдаты и офицеры 166-го гвардейского стрелкового полка, во главе с командиром того же полка гвардии подполковником Г. К. Главацким, который был хорошо известен как опытный и бесстрашный человек, отлично ориентирующийся в боевой обстановке. Про таких говорят, что они прошли огонь и воду. В данном случае это было правильно в буквальном смысле. На груди Главацкого блестела Звезда Героя Советского Союза. Кроме 166-го полка ему подчинили 143-й отдельный батальон морской пехоты, под командованием тоже опытного и отважного капитана Левченко, и роту разведчиков. Всего в десанте насчитывалось более 2000 человек.
Второй, вспомогательный десант был поменьше. Численность его не превышала 600 человек. Командовал им майор П. Д. Алексенко.
Ответственность за подготовку десантов, их посадку на суда и обеспечение перехода по морю возложили на контр-адмирала Г. Н. Холостякова и его штаб под руководством капитана 1 ранга А, В. Свердлова. Десантники усиленно тренировались, занимались с утра до ночи.
Трудно было с десантными судами. Пришлось собирать рыбацкие сейнеры, многие из которых требовали ремонта. Тут же укомплектовывались команды этих судов и обучались необходимым действиям.
Не менее напряженная работа велась на плацдарме. 11-й и 16-й гвардейские корпуса усилили разведку противника, сосредоточивали запасы, пополнялись людьми и техникой. И. Е. Петров целыми днями, а порой и ночами пропадал в войсках. Только под Новый год он вернулся раньше обычного и пригласил нас к себе в домик на ужин. Пришли туда и ближайшие помощники командарма. Вместе мы отметили успехи наших Вооруженных Сил в уходящем, 1943 году и по-братски пожелали друг другу, чтобы наступающий, 1944 год был еще более счастливым. Климент Ефремович послал поздравление командирам корпусов и дивизий, командованию Черноморского флота и Азовской военной флотилии.
А потом все опять пошло своим чередом. Начало наступления было назначено на утро 10 января.
Зимние дни вообще коротки, а 9 января, всецело поглощенные последними приготовлениями к операции, мы даже не заметили, как стемнело. До нанесения удара по противнику оставалось еще много времени. Посадка десанта должна была начаться в 20 часов. Но нетерпение взяло верх.
- Идемте на наблюдательный пункт,- предложил К. Е. Ворошилов. Наблюдательный пункт И. Е. Петрова располагался примерно в 2 километрах от переднего края, на высоком обрыве у самого Азовского моря. В светлое время отсюда просматривался участок побережья, где предстояла высадка главного десанта, а сейчас ни зги не видно. Небо затянуло тяжелыми тучами.
- Как на море? - поинтересовались мы у представителя флота.
- Обещают малую волну,- ответил он. Затем, помолчав, прибавил: - Тем не менее все может статься. Море - это стихия...
Поглядывая на часы, мы ждали срока выхода десанта из кордона Ильича. Командиры корпусов на плацдарме давно доложили о полной готовности к наступлению. А Холостяков пока помалкивал. Но мы-то знали, что моряки-народ точный: молчат, значит, все идет по плану.
На этот раз, однако, дело явно затянулось. Была уже полночь, когда Петрова попросили наконец к аппарату. Десант пошел...
Через полтора-два часа последовал новый доклад: волнение на Азовском море усилилось до четырех-пяти баллов. Это значило, что условия перехода десанта к месту высадки ухудшались.
Как по команде, все мы вышли посмотреть море. Оно тяжело ухало, бросая валы на берег. Четыре-пять баллов - совсем немного для океанских великанов, но для многих утлых суденышек, которые доставляли десант, такая волна могла быть губительной: они шли в темноте, переполненные людьми.
Петров был бледен, но внешне спокоен. Запросили Холостякова, как идут дела. Ответ успокаивал - никаких сигналов бедствия от десанта не поступило.
Когда стрелка часов подошла к сроку высадки десанта, командующий артиллерией вопросительно глянул на И. Е. Петрова. Тот в свою очередь посмотрел на Ворошилова, и оба отрицательно покачали головами - не время, пока не высадился десант, нужно подождать.
Уже забрезжил поздний январский рассвет. И тут вдруг на высотах, назначенных для захвата силами десанта, загремели выстрелы. Вразброд ударила немецкая артиллерия. Десант был там. Он подошел незаметно для противника, и подполковник Главацкий, не дожидаясь подхода последних судов, начал атаку.
Атаковали внезапно и свирепо. Без выстрелов и криков "ура" ворвались в траншеи. Враг опомнился, когда десантники уже снимали на высотах его пулеметы.
Теперь заговорила и наша артиллерия. А затем пошли в наступление выделенные для этой операции силы из состава стрелковых корпусов, сосредоточенных на плацдарме.
